– Я все, – бросил он с набитым ртом и снова странно взглянул на меня. Он проглотил еду, едва пережевав ее. Должно быть, едва не подавился, бедняга. – Можно идти?
Губа у него дернулась от отвращения. В выражении лица Джека крылось нечто большее, чем простое недовольство брата сестрой. Я замигала, словно ужаленная, когда он вышел из-за стола, не дождавшись ответа. Поставила сок на стол, закрыла рот и пошла за ним.
Взбежав по ступенькам, я поймала его в коридоре второго этажа между нашими спальнями. Схватила за локоть и развернула лицом к себе, стараясь говорить спокойным голосом. Теперь, после поездки в Венецию, я куда лучше стала контролировать свою вспыльчивость, но у этого контроля тоже был свой предел.
– Что я тебе сделала, Джек? Я не понимаю.
Глаза его сверкнули, когда он взглянул на меня, и я отошла на шаг назад.
– Я знаю, это ты зажгла тот огонь вчера ночью, – прошипел он тихо, чтобы не слышали родители. – Понятия не имею, что произошло с тобой в Венеции. Но я тебя больше не узнаю.
Внутри у меня зашевелился червячок. Сердце заколотилось, но не так, как в тот раз, когда я стояла лицом к лицу с Данте. Это был мой брат, а не какой-то мерзавец, которого я больше никогда не увижу. От удивления язык у меня прилип к нёбу. Все, кто знал, что я маг огня, находились на другом континенте. Джеку ничего не могло быть известно. Я стряхнула наваждение и открыла рот, чтобы возразить, но пауза была слишком долгой.
– Видишь, ты даже не отрицаешь этого, – сказал Джек.
– Джек, я… я не знаю, о чем ты говоришь, – запинаясь, пробормотала я. Мой тон показался виноватым даже мне самой, но брат застал меня врасплох. – Я была в постели, спала как убитая прошлой ночью. Почему ты думаешь, что я устроила этот глупый пожар? Я бы никогда…
– Хватит, – процедил он.
Детское лицо Джека исказилось гневом и негодованием. Он не узнал меня? Да кто этот парень? Он исчез в своей комнате и захлопнул дверь у меня перед носом.
У меня было ощущение, что мне только что выпустили кишки, как дохлой рыбе. Я постучала.
– Джек. Я не имею никакого отношения к этому пожару. Клянусь тебе.
– Что там у вас происходит? – спросил отец снизу. – Ты придешь доесть свой завтрак?
– У меня пропал аппетит, – ответила я громко, чтобы Джек тоже слышал через дверь. И ушла к себе в комнату.
– Оставь их, – услышала я мамин голос из кухни. – Сэксони нездоровится, а Джек просто вредничает из-за того, что все внимание в последнее время достается Эр Джею. Они сами разберутся.
– Ох, – простонал отец. – Подростки.
– Еще один? – услышала я мамин возглас из кухни следующим утром, это был понедельник. Мама с папой собирались идти на работу.
– Что еще один? – спросила я, входя в кухню. Родители приникли к экрану телевизора. Отец посмотрел на меня через плечо. – Еще один пожар прошлой ночью. На этот раз в гавани.
– Надеюсь, «Морской пес» не пострадал, – я старалась разглядеть часть экрана между их голов. – Это было бы просто несправедливо по отношению к Филу. Он и так все потерял во время наводнения. – Фил был владельцем местного ресторана, похожего на пиратский корабль. Отец Тарги помогал строить его еще до моего рождения. Его любили и местные, и туристы.
– Нет, не «Морской пес», – ответила мама. – Но и не дешевая утлая лодчонка. – Она отодвинулась от экрана, чтобы я могла видеть. Тот же корреспондент, что и вчера, стоял на берегу. За ним виднелись дымящиеся останки маленькой яхты, наполовину вытащенной из воды и огражденной сигнальной лентой.
– Полиция пока не уверена, те ли это правонарушители, что устроили поджог детской площадки вчера, или другие негодяи, – говорил репортер. – Полицейские просят всех, кто знает хоть что-то о случившемся, связаться с ними как можно скорее.
Мама одним глотком допила кофе и сунула кружку в раковину.
– Солтфорд слишком разросся. Надо подумать о переезде в Девон. – Девон был соседним городком с населением 6000 человек. Тихое болотце по сравнению с Солтфордом и его 180 тысячами.
– Мне уже пора бежать, – сказал отец, целуя ее в щеку. – Знаю, ты не всерьез. – Он взглянул на меня. – Чувствуешь себя лучше?
– Мне и не было плохо, – отозвалась я.
В тот момент по лестнице спустился Джек. Взгляд его упал на экран, и глаза округлились.
– У тебя запись к доктору Джейксу сегодня на три часа, – сказала мама, выходя в прихожую и засовывая ноги в черные балетки. – Не забудь. Сходишь одна или мне пойти с тобой? Можем встретиться прямо там.
– Нет, все нормально, – заверила я. – Он просто велит мне пить побольше жидкости и хорошо отоспаться.
– Что-то с тобой не в порядке, иначе твой голос не напоминал бы мне о Леонарде Коэне[51], – возразила мама, опустив подбородок. Спорить с ней было бессмысленно.
Родители попрощались и уехали в минивэне. Агентство недвижимости, где работала мама, располагалось по дороге к банку отца. И он всегда подвозил ее и потом забирал с работы.
Джек пробормотал что-то с кухни, и я пошла туда, готовясь к новой порции немыслимых обвинений.
– Что ты сказал, Джек?
– Я спросил, – повернулся он ко мне с мрачным как туча лицом, – как ты это сделала?
