– Ну-у… – протянул он, глядя на меня поверх очков, – если горло у тебя не болит, то должен признаться, я в некотором замешательстве – не понимаю, что подействовало на голосовые связки. Небольшая температура свидетельствует, что твой организм с чем-то борется, но с чем?.. На этом этапе я не хочу выписывать антибиотики, но придется рассмотреть этот вариант, если она повысится. Все остальное в пределах нормы, хотя осмотреть твое горло оказалось труднее, чем обычно.
– Почему? – спросила я, закручивая прядь волос жгутиком, чтобы хоть чем-то занять руки и внимание.
– Там очень темно. Вероятно, у тебя пищевод более узкий, чем у среднестатистической девочки. Странно, но я не помню, чтобы так было раньше, – пробормотал он и повыше сдвинул очки.
Его слова напомнили мне ощущение, которое возникло у меня после горения: словно внутри у меня теперь вулканическая порода, черная и твердая. Не думаю, что изнутри она так и выглядела, но ощущалась именно так.
– Я посоветовал бы больше пить жидкости и побольше отдыхать. Не перенапрягайся, и давай просто понаблюдаем за твоей температурой. Хорошо?
– Хорошо. – Я вскочила с места. – Мы закончили?
Доктор Джейкс взял свою папку и положил ладонь на дверную ручку.
– На сегодня да. Я днем позвоню твоей маме и скажу, что волноваться не о чем.
Я вздохнула с огромным облегчением.
– Спасибо.
По пути домой я обдумывала сложившуюся ситуацию. Опытный врач не заметил во мне ничего странного, так, мелкие особенности, бывает. И это врач, который знал меня с рождения! Так почему же Джек ведет себя так… неадекватно? Что его раздражает?
Запах свежескошенной травы, попкорна и хот-догов наполнял воздух у входа на футбольный стадион. Когда мы нашли свои места, вторая половина игры уже началась, и победа у команды моего брата была в кармане. На трибунах толпились студенты и их родители, и болельщиков «Лучников» узнать среди них было нетрудно: они находились в приподнятом настроении. Свист и крики наполняли воздух. Зрители топали по алюминиевым трибунам всякий раз, как забивали гол. Воздух гудел от металлического скрежета.
Джек отказался садиться рядом со мной: предпочел место с другой стороны от родителей. Трудно наслаждаться игрой, когда слова и поведение родного брата задевают за живое. Может ли это быть просто совпадением? Я только-только превратилась в мага огня, и тут мой младший брат обвинил меня в поджоге. Что он знал? И почему отказывался разговаривать со мной об этом?
– Ты их сломаешь, если не оставишь в покое, – сказала мама, скосив на меня глаза: я теребила провод от наушников, закручивая его и снова раскручивая. – Тебя что-то беспокоит?
Я вздохнула. Мне трудно было хоть что-то скрыть от семьи. Акико всегда говорила, что я как открытая книга, и советовала не пытаться лгать ни о чем существенном.
– Нет, все хорошо, – ответила я и сунула наушники в карман.
Все на трибунах подскочили, закричали и затопали, когда команда Эр Джея, «Лучники», забила еще один гол. Отец наклонился к маме и прошептал:
– Это просто унизительно. Сочувствую их противникам.
Мама улыбнулась и ответила:
– Жизнь – это борьба. Проигрывать иногда полезно.
– А разве нашему сыну такой опыт не пошел бы на пользу? – поинтересовался отец.
Мама встряхнула рыжими волосами.
– Это игра в футбол, милый. Давай не будем слишком уж философствовать.
Краем глаза я заметила справа парня, который, похоже, наблюдал за мной. Повернув голову, увидела блондина с грязными волосами и высокими скулами. Мы встретились глазами, и я ожидала, что он уставится в сторону или потупится. Но ничуть не бывало. Я тоже не уступала. Еще никогда не проигрывала в «гляделки» симпатичному парню. Его лицо расплылось в широкой улыбке. И он так и не отвернулся. Сердце мое забилось чуть быстрее. Я не узнавала парня: в школе Солтфорд мне не встречался никто, похожий на него. Однако на вид он ненамного старше меня. Должно быть, учится в другой городской школе.
Весь оставшийся матч мы с ним играли в «гляделки». То он ловил мой взгляд, то я его. Наконец мы оба принялись смеяться. Незнакомый блондин не мог бы яснее продемонстрировать свою заинтересованность. А я вполне четко дала понять, что готова рассматривать предложения.
В памяти возникла наша первая встреча с Данте, и я нахмурилась. Я была так им увлечена, а он оказался мерзавцем. Это урок, который мне стоит усвоить, теперь я могла это признать. Симпатичные парни – это прекрасно, и мне они нравились. Но, пожалуй, теперь я не стану кидаться сломя голову в романтические отношения, не изучив человека получше.
Игра подошла к концу, когда солнце склонилось к закату, счет был разгромный: шесть – два. Мы вышли со стадиона вместе с толпой болельщиков и задержались на парковке, чтобы поздравить Эр Джея, пока тот не ушел праздновать с командой. Я ускользнула в дамскую комнату, сказав родителям, что вернусь через минуту.
