Рожденная водой полностью

Он прошел вдоль стола, пожимая руки и спрашивая имена, а затем повторяя их. Говорил он с тем же акцентом, что и Антони, только еще более тяжелым, но английским владел практически в совершенстве. Наверное, в наши дни любой предприниматель, стремящийся добиться внушительного успеха, просто обязан превосходно знать язык. Мне стало любопытно узнать, много ли работает Мартиниуш в столь преклонном возрасте. Улыбка хозяина дома была широкой и искренней, а уголки карих глаз, словно мятую салфетку, избороздили складки.

– А он ничего, – шепнула я маме. Вместо ответа та молча пожала плечами, как обычно оставив свое мнение при себе.

Наконец он подошел к моей маме и взял протянутую ею руку в обе свои, изучая ее лицо. Повисла долгая пауза. Такова была сущность сирены: она никогда не заговаривала с собеседником, пока тот сам к ней не обратится.

– Вы, должно быть, Майра? – спросил Мартиниуш, не выпуская ее руки. – О вас без конца пишут в прессе, не правда ли?

– К сожалению, да. Вы правы, сэр.

– Зовите меня Мартиниушем. Я благодарен вам за то, что вы проделали столь долгий путь, чтобы помочь мне, – хозяин дома выпустил ее руку и прошел к своему месту во главе стола. В этот момент он заметил меня и протянул мне руку, а я протянула свою. По сравнению с его ладонью моя показалась мне совсем крошечной. Руку мою он держал так же, как и мамину: обеими своими. – А вы, по всей видимости, дочь Майры. Я – Мартиниуш.

Спустя мгновение я поняла, что должна представиться. Все эти условности были мне чужды, а рассчитывать на то, что мама обучит меня светскому этикету, точно не приходилось.

– Тарга, сэр, – сказала я наконец.

Он наклонился и поцеловал тыльную сторону моей ладони.

– Очень приятно. Зовите меня Мартиниушем. Сердечно вас приветствую. Я распорядился, чтобы Антони обеспечил вас всем необходимым, а также отвез вас в Гданьск, если вы захотите познакомиться с нашим городком. Пожалуйста, не стесняйтесь просить его обо всем, чего бы ни пожелало ваше сердце.

– Спасибо, – промолвила я, польщенная столь заботливым отношением.

Старик похлопал меня по руке и выпустил ее, после чего отодвинул стул и занял свое место, тем самым подавая сигнал всем присутствующим последовать его примеру. Я заметила, что Антони куда-то исчез. Наверное, ускользнул, пока Мартиниуш пожимал руки гостям.

В зал вошли официанты с белыми суповыми тарелками, накрытыми фарфоровыми крышками. Они поставили их перед всеми нами одним синхронным движением. Мне еще не доводилось бывать на ужине, где каждого гостя обслуживает собственный официант. Затем каждый из них положил руку на крышку и снял ее. Воздух тотчас наполнился ароматом горячего супа. В животе у меня заурчало. Я ведь ничего не ела с тех самых пор, как мы покинули наш трейлер.

– На первое – барщ[17], – пояснил официант. У него был самый тяжелый акцент из всех, с кем я успела здесь пообщаться. – Это вегетарианский суп с грибами и пельменями с квашеной капустой. Смачнего.

Мартиниуш наклонился ко мне и прошептал:

– Это означает «приятного аппетита».

Я взяла ложку и попыталась повторить эту скороговорку:

– Смачнего.

Старик приподнял седые кустистые брови и одобрительно кивнул, благодаря меня за старание.

Лишь только мы опустошили суповые тарелки, официанты тотчас принесли новые блюда: подносы и тарелки, полные незнакомой мне еды, а еще окутанные ароматным паром миски и глубокие тарелки с диковинными лакомствами, которые я никогда не пробовала прежде. Каждое блюдо сначала объявляли по-польски, затем описывали по-английски, но там было столько всего, что я не вспомню и половины. Овощи и морепродукты, сосиски, свинина и оленина, блюда из картофеля и жареного лука, овощные пюре, подливки и сырные тарелки…

За трапезой Мартиниуш принялся рассказывать Саймону историю крушения «Сибеллен». Мы с мамой тоже внимательно слушали. Вскоре к нам присоединились и все остальные. Говорил старик неспешно и, казалось, делал это с таким же удовольствием, с каким я ему внимала. Мне вдруг захотелось оказаться на пляже и, уютно устроившись у костра, жарить зефир.

– Я не могу поведать вам историю корабля, не рассказав сначала о судоходной империи Новака. Основал ее мой прапрадед Матеуш Новак. До него в роду Новаков предпринимателей не было, а были торговцы и рабочие. В отличие от своих предков, Матеуш не только трудился не покладая рук, но и обладал деловой хваткой. Еще до того, как ему исполнилось двадцать, он организовал небольшую службу доставки газет. Конечно, ему очень понравилось ни от кого не зависеть, и вскоре он почувствовал, что способен достичь большего.

– Охотно верю, – веско сказал Саймон, пригубив вина.

Мартиниуш кивнул: