В 1869 году Матеуш и Сибеллен отправились в свое очередное совместное путешествие. Предполагалось, что оно займет год. Близнецам тогда было по восемь лет. С родителями поехал Эмун-младший, а Михал, страдавший морской болезнью, остался дома с бабушкой и дедушкой. Недуг уберег эту юную жизнь от гибели, а род Новаков – от забвения. – Мартиниуш сделал паузу, чтобы глотнуть воды. Голос его казался более хриплым, чем когда он начал свое повествование. Он промокнул губы салфеткой и продолжил: – Балтийское море печально известно своими внезапными штормами, и «Сибеллен» на полном ходу угодила в самое сердце одной из таких неистовых бурь. С тех пор корабль никто никогда не видел, – старик выразительно помолчал, чтобы мы прочувствовали всю важность этих слов. Не слышно было даже позвякивания столового серебра о фарфоровые тарелки. – В семье Новаков начался хаос. Юный Михал остался без матери, отца и брата. Страшная трагедия поставила под угрозу и существование компании. Отец Матеуша, Эмун-старший, уже достиг преклонных лет и от дел давно отошел. Поэтому за руководство перевозками взялись две младшие сестры Эмуна и их мужья. Все вместе они занимались предприятием до тех пор, пока Михал не стал достаточно взрослым, чтобы взять бразды правления в свои руки. Иными словами, компанией управляли четыре человека, ни один из которых ничего не смыслил в предпринимательстве. Нестабильное было время. К тому времени, когда Михалу исполнилось двадцать, компания находилась на грани банкротства.
– Могу себе представить, – вставил слово Майка. – Всякий раз, когда мой отец готовит себе тост, мать говорит, что он все делает неправильно. А вести с родственниками дела такого масштаба – наверное, сущий кошмар.
Все засмеялись.
– Именно так, – кивнул Мартиниуш и, усмехнувшись, добавил: – Когда у штурвала все, не рулит ни один. Из-за постигшей «Сибеллен» катастрофы моим предкам пришлось договориться, что отныне они будут готовить всех своих детей к управлению компанией, лишь только те научатся ходить. Исполнительным директорам тоже пришлось разделить бремя Новаков и освоить методы работы, которых в то время придерживалась компания; таким образом, если волею случая кто-то оказался бы в положении Михала, он гарантированно получил бы всю необходимую поддержку, прежде чем встать за штурвал. В общем, родственники поклялись друг другу, что потеря президента фирмы больше никогда не застанет их врасплох. Слишком многое стояло на кону.
К тому времени как Михал женился и его жена Саффи родила моего дедушку Яна, компания росла быстрее прежнего. За сто сорок восемь лет существования заслуги ее признали многие скандинавские и европейские государства. Это история восставшего из пепла феникса.
Все эти долгие годы ни один мой предок ни на миг не забывал об исчезновении «Сибеллен». С тех пор как барк затонул, компания каждый год выделяла средства из бюджета на его поиски. И по мере того как успех нашего предприятия рос, увеличивался и бюджет. Мы также предупредили все морские державы и их военно-морские силы на случай, если судно вдруг обнаружит третья сторона.
– Почему вам было так важно его отыскать? – спросила я. Как правило, в присутствии маминых коллег я хранила молчание, но на сей раз любопытство взяло верх.
– Помимо того что на корабле много ценных и, надеюсь, прекрасно сохранившихся товаров, стоимость которых в наши дни значительно превышает прежнюю, для Новаков «Сибеллен» стала своего рода Святым Граалем. Все мы, начиная с Михала, страстно желали его отыскать. Наверное, надеялись, что, когда судно будет наконец поднято со дна моря, души Матеуша, Сибеллен, Эмуна-младшего и всех моряков, погибших вместе с ними, наконец обретут покой. Какое счастье, что этот многолетний поиск завершается именно на мне! – подытожил Мартиниуш. Голос его дрожал от нахлынувших чувств.
– Почему? – полюбопытствовал Саймон.
Старик взял паузу, словно раздумывая, стоит ли отвечать на этот вопрос. Затем вздохнул и сказал:
– Потому что у меня нет наследника, который мог бы его продолжить. Теперь нет…
Сидевшие за столом переглянулись. Я посмотрела на маму: похоже, проняло даже ее. Значит, когда-то наследник у Мартиниуша имелся. Интересно, что с ним случилось.
– «Новак» всегда принадлежал семье, – продолжал он. – Мой отец Людвик скончался, когда мне было всего пятнадцать лет. Я занимаюсь бизнесом бо́льшую часть своей жизни. Мне очень повезло иметь прекрасные отношения с дедом, как вы помните, его звали Ян. Он не раз с удовольствием рассказывал мне о том далеком времени, когда компания была еще молода и балансировала на грани банкротства. Он также обучил меня всему, что я знаю о судоходном деле.
В середине двадцатого столетия поиски наши привлекли внимание общественности. Историю о пропавшем корабле печатали в каждой газете и морском журнале, в которых упоминались Балтийское и Северное моря. Пожертвования от современников лились рекой. Люди хотели, чтобы «Сибеллен» скорее нашли, и легко поддавались всеобщей мании.
– Как «Титаник», – вставил Тайлер.
