Признаться честно, я нервничала. Просто жутко! Совсем скоро в дверях должен был появиться тот, кто заберет меня отсюда в свой маленький укромный мирок, который мы сможем сделать только нашим. Мой любимый, моя душа. Я вдруг представила в мыслях его лицо, и на душе сразу потеплело. Ладони сразу вспотели – я не видела его так долго, целых два месяца, в заботах об окончании университета и переезде, и теперь волновалась, как школьница в надежде увидеть самого популярного старшеклассника. Сердце стучало так гулко, что отдавалось в висках глухими ударами, и я оглядывалась по сторонам в поисках родного лица.
Время уже подходило, мои ладони были влажными от выходившей на них испарины. Я озиралась по сторонам, как испуганная лань. Но вдруг мой взгляд выцепил сбоку темный силуэт, глядящий прямо на меня. Секундный испуг тут же сменился растекающимся по телу теплу, когда я всмотрелась в него. Это был он.
Все такой же, каким я видела его вживую последний раз пару месяцев назад. Мучительных месяцев, когда его улыбку я могла видеть лишь по видеосвязи, постоянно пропадающей или мельтешащей пикселями. А теперь он стоял прямо передо мной, блаженно улыбаясь, не отрывая от меня взгляда, объемный, реальный, с самыми настоящими руками, готовыми заключить меня в объятия.
И все это время он стоял прямо передо мной, метрах в двадцати, в противоположной части небольшого вокзального зала и смотрел на меня, блаженно улыбаясь своему счастью. Я встретилась с ним взглядом, и по телу разлилось тепло.
Все как в замедленной съемке. Вот он делает шаг вперед и начинает двигаться ко мне. А я ставлю переноску на скамью и на трясущихся ногах делаю шаг к нему. Последние секунды перед соприкосновением наших рук тянутся невыносимо долго, словно мы целую вечность пытаемся достать друг до друга, переплести наши пальцы.
И тут наши тела сплетаются воедино. Его руки обвивают мою талию и прижимают к себе так крепко, что хрустят кости. На секунду я перестаю дышать. Ничего не может быть важнее в этот момент, чем оставаться в его объятиях, сильных и теплых, нежных руках.
От него пахло знакомым парфюмом. Я зарылась носом в его темные кудри, окутанная любимым ароматом. Два месяца я спала с мягкой игрушкой – черным дракончиком, которого он выиграл для меня в автомате – надушенной его парфюмом. Аромат выветрился через пару недель, но я все равно, засыпая, пыталась уловить его отголоски.
Его руки немного ослабли, но не спешили меня выпускать. Я знала, что он также зарывается лицом в мои волосы, вдыхая их аромат, с которым был вынужден расстаться на долгих два месяца. И я держалась за него изо всех сил, боясь потерять в череде бесконечных видеозвонков снова.
– Девочка моя… – Словно шелк, его голос коснулся моих ушей, нежный, тихий, бархатный. Как будто он боялся спугнуть меня, как мотылька, резким звуком. – Я так скучал.
И тут я вдруг поняла, что таю, плавлюсь, растекаюсь в его руках. Я ухватилась за его спину, с силой сжав пальцами плотную куртку. На секунду даже показалось, что я делаю ему больно, потому что он вдруг вздрогнул. Но это прошло.
– Я тоже скучала, – прошептала я ему на ухо, пытаясь вложить в эти слова все те чувства, что испытывала на протяжении последних двух месяцев.
Да, мы говорили по видеосвязи каждый день и не по часу, постоянно переписывались за недостатком друг друга в нашей жизни. Но это все не то. Для меня не было ничего лучшего, чем ощущать в своих объятиях его сильное, разгоряченное тело. Только сейчас впервые за пару месяцев я, наконец, почувствовала себя дома.
– А кого это ты привезла? – Быстро чмокнув меня в висок, Адам расцепил наши объятия и шагнул к деревянной скамье, рядом с которой стояли мои вещи. Он, как большой любитель кошек, с интересом заглянул в темноту переноски в надежде увидеть подгоревший носик Мисы. Но она зарылась слишком глубоко. Я знала, как ей дискомфортно от окружающей атмосферы, и невольно захотелось как можно скорее покинуть здание вокзала и опустить переноску на пол дома, чтобы Миса размяла лапы.
– Она слишком устала, чтобы поприветствовать тебя, – сказала я и, сев на скамью, поставила переноску себе на колени. Внутреннее дрожание чуть успокоилось, и мне сразу стало легче. Когда беспокоится Миса, всегда беспокоюсь я.
– Тогда скорее поехали домой. – Адам проворно подхватил мой чемодан. Из его уст слово «дом» прозвучало так тепло и успокаивающе, что все мое тело накрыло безмятежной волной – я скоро буду дома.
6
Мы миновали окраины города, и высотки остались далеко позади, скрывшись за горизонтом, когда погода резко начала портиться. Но, взглянув на небо, я поняла: это не туча настигала нас, принося с собой сильный ветер и чеканящие по крыше машины капли, а мы ныряли в ее громадную тень.
