Вообще пытаться анализировать продукцию отечественных зондерпрограмм – последнее дело. Тут речь следует вести прежде всего о сеансах НЛП, то есть нейролингвистического программирования. Закадровый утробный голос вкладывает в уши народа нужную заказчику информацию. «Дар упрощенного толкования» (фраза Эрика Фромма) в высшей степени востребован на рынке телевизионного труда. Война против «Правого дела» только началась. Мобилизации подлежат все – простоватый Кулистиков, рафинированный Эрнст, добропорядочный Добродеев. (Хотя последний уже тоже отстрелялся. «Вести. Дежурная часть» поспешили рассказать о Ройзмане всю правду вслед за НТВ.)
Сегодня трудно кого-либо удивить информационными войнами. Поражает разве что мелочность поводов. Эфирные сражения конца девяностых имели хотя бы какой-то смысл. Только-только формирующийся политико-олигархический класс погряз в междоусобицах. Доренко, Невзоров, в меньшей степени Леонтьев (хотя бы потому, что художественного таланта меньше, а новая реальность, за неимением документов, творилась исключительно художественными методами) честно отрабатывали хозяйскую пайку. Если очень напрячься, можно даже попытаться понять недавние наезды на Лукашенко: ручонки коротки, а ставить «крестного батьку» на место надо. Хоть как-то мотивирована (на уровне распальцовки) и борьба с Лужковым. Он – часть вертикали власти, которую затем и строили, чтобы целое могло легко освободиться от неугодной части.
История с Прохоровым выламывается за рамки любого смысла. Три месяца насаждали Михаила Дмитриевича электорату, три месяца талдычили о необходимости правой партии в Госдуме, с тем чтобы враз все уничтожить. Александр III говаривал: я-де люблю, когда евреев бьют, но это непорядок. Разбушевавшиеся кукловоды потеряли представление о приличиях даже на уровне предпоследнего государя. Им ничего не стоит сначала дать народу погремушку, а затем тотчас ее отнять. Здесь сквозит нечто не столько политическое, сколько человеческое, слишком человеческое. Наши кукловоды – мефистофели районного масштаба (или районные сталины – это вопрос литературных предпочтений). Им нравится играть судьбами людей, нравится всякий раз по-разному выстраивать фигуры на шахматной доске, нравится упиваться чувством собственной безнаказанности. Носители подобного мировоззрения не приемлют, по большому счету, только одного – не партийного, а духовного противостояния.
Невелика птица Ройзман, чтобы из-за нее ломались копья. Но то, что именно благосклонное отношение вчерашнего лидера «Правого дела» к неугодному Кремлю соратнику позволило миллионам увидеть масштаб личности Прохорова, – такое никому не прощается. Масштаб имеет право демонстрировать только один человек в стране. Тот, который омываем волнами зрительского восторга, когда в глубине театральной сцены наигрывает на белом рояле любимую песенку «С чего начинается Родина?».
С чего начинается Родина – важнейший вопрос современности. Сегодня Родина начинается с компромата. Имеет смысл прислушаться к оригинальной инициативе крупного общественного деятеля Алексея Митрофанова. Несколько лет назад он изготовил политико-эротический шедевр «Юлия». Свое право снимать порнуху, да еще про лидеров двух стран (Юлию Тимошенко и ее якобы любовника Михаила Саакашвили), он трактовал с простодушием людоеда. Каждый известный человек, по Митрофанову, должен сам на себя заранее готовить компромат, желательно в художественной форме. И действительно, на Руси всегда запасали впрок гречку, а чем компромат хуже?
Дерзайте, господа политики, пока не поздно. Не отдавайте дело собственного компромата в бездарные руки халтурщиков от ТВ.
Писать об актуальном означает лишь одно – попытку разобраться в оттенках дерьма. В этой плодотворной мысли меня окончательно убедило выступление Бориса Надеждина перед студентами МФТИ, где он повествует об участии тандема в организации «Правого дела». И неважно, сфабриковал ли «кровавый режим» видеопленку, как на том вяло настаивает Надеждин, или речь подлинная. Важно другое. В основе российской политики лежит безграничный цинизм развлекательного шоу под соусом выборных псевдодебатов. Она, действительность, словно списана с телепроекта «Исторический процесс», принцип построения которого заимствован у гоголевских «Игроков». И там, и здесь все говорят о высоком и все жульничают. Так что кардинальный вопрос современности формулируется просто: можно ли садиться играть за один стол с шулерами?
