Сначала я пытался игнорировать дискомфорт. Ползал медленнее, выбирал более мягкие поверхности. Но зуд усиливался, и я начал подозревать, что моя война с подгузниками обернулась войной против самого себя. Гениальный стратег, что сказать.
В итоге я сдался. Вернулся в памперсное рабство, зализывая раны. Наташа, кажется, даже не заметила моего поражения.
Просто продолжала менять мне подгузники, как ни в чём не бывало. А я лишь вздыхал, глядя на неё исподлобья. Ну ничего, это лишь тактическая передышка!
А вот как только я завершил трёхдневную войну с памперсами, мне удалось попасть в комнату, в которой я никогда не был — в спальню мамы ребят.
Я её видел только когда мы ездили на процедуры в больницу или же когда она выходила на кухню. Да-да, она стала чуть больше ходить после моих попыток помочь ей.
В общем… я попал в очень странное место.
В комнате пахло лавандой и чем-то сладковатым, приторным. Освещения как такового не было. В комнате царил полумрак. Окна зашторены плотными бархатными занавесками, сквозь которые едва пробивался свет.
На стенах висели картины с изображением каких-то людей, семей и чего-то из природы. Увы, детально при таком освещении разглядеть не получилось.
Сама «мама», как я понял, постоянно лежала и смотрела телевизор. Моё появление на «пороге» её комнаты осталось незамеченным.
Я начал исследовать неизведанные территории. Под кроватью оказалось целое царство пыли, забытых тапок и одиноких носков. Но мой взгляд зацепился за нечто более интересное — прямоугольный предмет, слабо поблескивающий в полумраке. Моё сердце ёкнуло.
Это был телефон!
Пыльный, заляпанный чем-то липким и, судя по всему, полностью разряженный, но это был ОН — источник информации, окно в мир, мой личный «погугли»!
Операция по извлечению артефакта была сложной.
Под кроватью было тесно, пыль щекотала нос, и я отчаянно боялся, что меня обнаружат. Но азарт исследователя, помноженный на жажду знаний, толкал меня вперёд. С помощью неимоверных усилий, подгребая телефон под себя, словно сокровище, я выполз из-под кровати, оставив за собой шлейф пыли и разочарований для любителей чистоты.
Сжимая добычу в потном кулачке, я огляделся. Мама по-прежнему втыкала в телевизор, поглощенная каким-то душещипательным сериалом. Идеальный момент!
Но куда спрятать трофей? Вариант с проглатыванием отпал сразу — я не настолько отчаялся. Засовывать телефон в рот и жевать, как погремушку, тоже не хотелось.
Внезапно меня осенило.
Памперс! Идеальное укрытие.
Мягкий, вместительный, и кто в здравом уме полезет туда что-то искать? Риск, конечно, был, но ради науки я готов на все. Проворно расстегнув липучки (война с подгузниками не прошла даром), я засунул телефон прямо в это укромное местечко. Ощущения, конечно, не самые приятные, но зато надежно.
Я пополз к выходу из комнаты. Было очень неудобно. Критически неудобно.
Теперь предстояла не менее сложная задача — вернуться в свою комнату, не вызвав подозрений. Ползти с телефоном в подгузнике оказалось тем ещё испытанием. Каждая складка памперса впивалась в тело, а телефон предательски давил на живот.
Преодолевая муки и стоически перенося все тяготы, я всё же добрался до своей комнаты. Осталось только избавиться от «клада». Снова расстегнув липучки, я извлёк телефон. Теперь он пах не только пылью, но и детской присыпкой.
Быстро оценив обстановку, я заприметил под своей кроваткой старый, дырявый носок Бори. Идеальное место для тайника!
Запихнув туда телефон, я довольно потёр ручки. Теперь мой личный «погугли» в безопасности. Осталось только решить одну маленькую, но очень важную проблему — где, чёрт возьми, раздобыть зарядку?
Вариантов было немного. Воровать у Наташи я зарекся, да и слежка за её телефоном стала круглосуточной.
Оставался только Боря. А это означало, что нужно разработать хитроумный план по проникновению в его комнату и изъятию зарядного устройства.
— Странно, — Григорий Николаевич Волков смотрел в амбулаторную карту, не понимая причину улучшений. — Видимо, экспериментальное лечение дало свои плоды.
Эти слова вызвали у Бори улыбку. Искреннюю. Вот только, глядя на врача, он не заметил в его лице радости.
— Что-то не так? — решил уточнить он.
— Да нет, всё так, — толстый врач натянул на лицо фальшивую улыбку и закрыл карточку. — Думаю, нужно будет усилить дозировку. Что скажете?
Его слова автоматически вынуждали Бориса искать ещё одну работу, ибо и так деньги со стройки и охраны казино моментально тратились. Девяносто процентов уходило на лечение мамы, а все остальное — на квартплату и еду.
Тем не менее здоровье матери было важнее.
— Усиление дозировки действительно поможет? — уточнил Боря. — Если да, то я не вижу смысла отказываться.
Он повернулся к маме, улыбнулся ей, глядя в её пустые глаза, и затем вернул всё внимание к врачу.
Волков же барабанил пальцами по столу, его взгляд был рассеянным. Он явно что-то обдумывал, и Борис нутром чувствовал, что с ним что-то не так. Ему как будто не понравились результаты, что его маме стало лучше.
