Он взглянул на часы. Почти двадцать часов на ногах, еще немного, и он грохнется в обморок от усталости. Хорошо бы поспать, но сначала надо отправить, все-таки отправить в патологию хоть что-нибудь на анализ. Призвав на помощь двух медсестер, Дарлинский взял небольшие образцы ткани с каждого из отростков-щупальцев, один образец кожи и мазки с каждого из трех недыхательных отверстий.
Как ни старался он быть осторожным, но на месте одного из срезов выступила розовая жидкость. Кровь, автоматически подумал он, поместил несколько капелек на стеклышко и принялся наблюдать за кровотечением.
Оно остановилось почти мгновенно, и Дарлинский со вздохом облегчения отослал медсестер в лабораторию.
- Доложите о результатах часов через шесть, а сейчас найдите-ка мне свободную палату с ванной. Через пять часов мне понадобится завтрак и что-нибудь горячительное.
Через десять минут Дарлинский спал мертвым сном.
Проснулся он совершенно разбитым. Приняв душ и проглотив на скорую руку завтрак, Дарлинский поспешил в лабораторию.
- Почти полное отсутствие красных кровяных телец еще ничего не значит, - сообщил патологоанатом Дженнингс, пока Дарлинский просматривал результаты. - Конечно, это вполне может свидетельствовать о плохом состоянии крови, но, с другой стороны, возможно, этот зверь и без них прекрасно обходится. Думаю, нам все-таки стоит исходить из предположения, что состав крови близок к нормальному.
- Почему?
- Просто потому, - жизнерадостно рассмеялся Дженнингс, - что если кровь не в порядке, то плохи наши дела. Я определил ее структуру, но мы еще не успели синтезировать красные кровяные тельца нужного типа. Поэтому лучше думать, что с кровью у этой штуки все нормально.
Дарлинский кивнул и что-то неразборчиво пробурчал.
- А что ткани?
- Здесь нам повезло больше... или меньше. Все зависит от точки зрения.
- И какие имеются точки зрения? - Дарлинский настороженно взглянул на патологоанатома.
- Если точка зрения сводится к стремлению найти объект для лечения, то у меня для вас кое-что есть, шеф. Взгляните.
Дарлинский склонился над микроскопом. Даже при минимальном увеличении можно было разглядеть все признаки необычайно высокой клеточной активности.
- Что это?
- Точно сказать не могу. По всем законам этот кусочек кожи должен был уже умереть, но этого не происходит. Будь я проклят, если понимаю, за счет чего он живет. Нет ни питательной среды, ни кислорода.
- Кстати, о кислороде. Что там с дыхательной смесью?
- Судя по структуре крови, вполне годится та, что есть. Содержание кислорода в крови близко к нормальному, так что лучше ничего не менять. Можно сжечь легкие.
- А что ты скажешь о мазках?
- Вот это действительно интересно.
- Что-нибудь нашли?
- Ничего. Абсолютно ни-че-го.
- Мда, немного же надо, чтобы тебя заинтересовать.
- Потерпите, шеф. Осмелюсь спросить, кто сказал вам, что это женщина?
- Хэммет.
- А он откуда узнал?
- От пнатиан.
- Вот как?
- Так что показали мазки? - озадаченно спросил Дарлинский.
- Ничего. Ничего, что могло бы указать на половую принадлежность. Мазок номер один, соответствующий нижнему отверстию, содержит воду, несколько ферментов и остатки двух органических растворов. Можно утверждать, что единственное назначение этого отверстия - поглощать жидкую пищу. Мазок номер два содержит остатки твердых веществ, бактерии и нечто, отдаленно напоминающее желудочный сок. Следовательно, в отверстие номер два наш друг запихивал твердую пищу. А вот с мазком номер три возникла проблема. Но я готов держать пари, что отверстие, ему соответствующее, служит исключительно для того, чтобы издавать звуки.
- Черт побери, но одно из отверстий просто обязано быть половым органом! - рявкнул Дарлинский. - У нее нет больше ни одной свободной дырки, а нам со всей определенностью дали понять - это женщина!
- Возможно, но мы не обнаружили никаких следов полового гормона, смазки или каких-либо еще выделений. Мне казалось, что обнаружить половой гормон у теплокровного кислорододышащего - очень простая задача.
- А не может это неопознанное отверстие играть роль анального?
- Маловероятно, - Дженнингс покачал головой. - Я бы даже выразился категоричней: безусловно, нет. Следы остались бы в любом случае. Мне очень жаль, шеф, что задал вам такую задачу.
- Задачу? Да ты задал целых две задачи!
- Вот как?
- Во-первых, я должен вылечить женскую особь, начисто лишенную каких-либо половых признаков. А во-вторых, мне нужно накормить едока, который совершенно непонятным образом избавляется от отходов.
- Может, как раз в этом и состоит причина болезни? - улыбнулся Дженнингс. - Наша незнакомка переела и теперь мается.
- Остряк чертов! Ладно, пойду взгляну на нее еще раз, может, что и надумаю.
