Следом за ним Яров вышел из киоска. Спутника Дон Кихота в машине не было. А тот сел за руль, подмигнул и укатился. Оставалось только предполагать, сопровождал ли эту поездку сам Алик Черный, или он предпочитал действовать все в той же системе глухой конспирации, чтоб, скажем, при грядущих опознаниях в милиции никто из его подчиненных не смог ткнуть пальцем ему в лицо: "Это он, Алик Черный! Организатор и владелец сети наркоторговли в этом районе Подмосковья, а может и более широкой!"
Продуманная сеть торговли, по сути своей копировала схему революционеров-подпольщиков: вся организация делилась на "пятерки" и "тройки", так что в случае провала, гибли только рядовые, "низовые" члены организации, почти не затрагивая "верхушку пирамиды". Яров понял, что и Дон Кихот прямой связи с Аликом Черным не имел. Но такой многоступенчатый механизм конспирации имел и свою уязвимую сторону: сведения снизу доходили до верху столь же долго, как нервный сигнал от хвоста до мозга динозавра ему уже мыши ногу наполовину сгрызли, а он, динозавр, все ещё полагает, что на колючку наступил.
А в то, чтоб хитрюга Воробей по настоящему "стучал" в милицию - Яров не поверил. Вполне вероятно, что осторожный трактирщик слегка и "подстукивал", но выдавал информации не более, чем остальные владельцы общедоступных точек питания и развлечений с отдыхом. Сдавал пьяниц, проворовавшихся бомжей, мелких хулиганов (они похвалялись в шалычной своими подвигами) различную шпану, но чтоб задевал лидеров крупного рекета и уж упаси Бог подпольной наркоторговли - такого он себе позволить не мог: от его заведения давно бы остались одни головешки и угольки.
Но все же Алик Черный остерегался общаться с Воробьем лично и непосредственно - вот что важно было в качестве вывода из полученной информации.
От всех этих размышлений у Ярова не то чтоб голова разболелась, а на душе муторно стало. Но мозг был настолько загружен работой, что глядя сквозь окно табачки на шашлычную, Яров даже не сразу признал, что парень, крутившийся у веранды - его собственный сын Игорь! Приехал-таки проведать папу!
Взрослые дети навещают родителей, в восьми случаях из десяти, по причине выпросить денег. В двух оставшихся случаях, детишки триумфально похваляются своими жизненными успехами. То и другое достаточно приятно. И, наблюдая за действиями своего наследника, Яров прикидывал, насколько сработает этот математический закон больших чисел.
От шашлычной до табачки Игорь докатился на темном "форде", вылез из него и Яров шагнул к нему навстречу из киоска.
- Ну, батя, и нашел ты себе место творческой деятельности! распростер обьятия Игорь, но Яров тут же приметил, что ни легкости, ни жизнерадностности в Игоре сегодня не наблюдается и математический закон общения, похоже, дал сбой.
- Здраствуй, - сказал Яров.
- Здраствуй. Чем ты здесь занимаешся?!
- Живу. - пожал плечами Яров. - Заятие не хуже другого.
- Сказал бы мне. Я бы нашел тебе место потеплее.
Не смотря на уверенность ответа в Игоре было что-то незнакомое, вглядывался в отца он тревожно и сказал не скрывая нервозности.
- Батя, нам бы поговорить надо. Где-тут присесть... Пойдем пивка попьем что ли, в эту забегаловку?
Он кивнул на веранду шашлычной, но Яров уже понял в чем дело.
- Пиво у меня есть в своей фирме. А там нам помешают. Заходи.
Они тесно устроились внутри табачки и Яров подал сыну бутылку пива, пробку с которой Игорь сорвал зубами.
- Ну уж и манеры у тебя, Игорь. - укорил Яров, а тот сказал быстро.
- Батя, я был в твоей больнице.
- Да?
- Да. И говорил с твоими врачами. Я все знаю, батя.
Яров не придумал ничего лучше, чем профилософствовать.
- Знания умножают скорьбь...
- Перестань держать меня за младенца! И юморить по глупому перестань! - тоскливо выкрикнул Игорь.
- Хорошо. - кивнул Яров. - Но не разводи соплей, ладно?
Игорь покосился на него, глотнул из бутылки пиво и пробормотал.
- Ты оказался посильней меня. Я такого не ожидал, честно говоря... Меня с утра трясет, как на вибраторе. Ты мужественный мужик, батя.
- Перестань. - поморщился Яров. - Я трус. Каждое утро я просыпаясь только с одной мыслью. И трясусь, просто задыхаюсь от дикого страха. И каждый вечер так же засыпаю.
- Поэтому и торчишь здесь?
- Да. Но не будем об этом.
- Подожди. Разве совсем ничего нельзя сделать?
Яров пожал плечами.
- Получается так. - он попытался улыбнуться предельно беспечно. - И то сказать, Игореха. По трезвому размышлению, мне уже не за что цепляться. Просто жизнь наша приходит к моменту, когда это понимаешь. Отжил - и точка. Конец рано или поздно неизбежен. А ценности со временем угасают. От бесконечного повтора. Не за что тут цепляться, по большому счету!.. Во всяком случае, я себя в этом убедил.
- И тебе не страшно?
- Я тебе уже ответил...
Игорь передернул плечами, словно от озноба и сказал напряженно.
- Быть может, тебе даже проще... А я просто вою от беспомощности и бессилия. Батя, я просто не знаю, что тебе сказать!
- Так и не говори ни хрена! - засмеялся Яров. - Очень мне приятно слушать твой жалкий лепет?!
- Но хоть что-то я сделать могу?