Минут через пять она осторожно приоткрыла дверь и вышла на лестничную площадку в светлом плаще, накинутом на плечи.
- Пойдем. - сказал Яров. - Запри двери. Мама внизу, в машине.
- Но... Так нельзя, будет очень плохо. Завтра меня увозят... Я улетаю на Канарские острова.
- На Канары?! С кем?
Она смотрела на него испуганно и затравлено, сказала еле слышно.
- Алик Черный... Если я не улечу, то мама и папа...
- Ни слова. Все разговоры потом.
Он взял из её руки ключи, провернул в дверях два замка и подтолкнул девочку к лестнице.
В пролете последнего этажа она сказала не оборачивась.
- Вы ничего не сделает...Только они убьют папу и маму. Я знаю.
В голосе девчонки прозвучало столько предрешонности, что Яров с болшим трудом удержался, чтоб не заорать, но органичился тем, что ответил.
- Посмотрим.
Анна Павловна уже спала, завалившись на задние кресла. Яров открыл переднюю дверцу, усадил Аян и сел к рулю.
Не размышляя он выехал на трассу к Москве.
Через несколько минут заметил, что проскочил красный свет светофора, а скорость у него слишком высокая, в данной ситуации ненужная.
Уже спокойно он выехал из города и выровнял плавное движение, включил дальний свет - загорелась только одна фара, другая была прострелена утром.
Но пост милиции он прошел беспрепятственно и через полчаса пересек Кольцевую дорогу.
Подьем тела Анны Павловны до квартиры Ярова занял четверть часа - с передышками. Женщина едва опиралась на свои ноги и решительно не понимала, что с ней происходит.
Было уже около четырех утра, когда Анну Павловну увалили на диван.
Яров перевел дыхание и посмотрел на Аян.
- Девочка, Бог даст мы все уладим. Пока в стране кое-какой Закон есть, хотя к нему сейчас рисковано обращаться. Сидите здесь и не выходите, пока я не позвоню. В холодильнике кое-что есть. Отсюда ни шагу. Ты хорошо меня поняла?
- Да... А папа...
- Посмотрим, что будет с папой. К телефону не подходите, если будет звонить - трубки не снимайте.
Он не мог более смотреть в расширенные глаза девочки, отвернулся и вышел из квартиры, зачем-то прихватив шляпу.
На обратном пути его остановили на пикете дорожной службы и отговориться за неработающую фару Ярову удалось с некоторым трудом минут за десять. По счастью, не присмотрелись к пулевым отверстиям в бампере, а то бы с такой скоростью завершить инцидент не удалось. Если б вообще дело не окончилось задержанием.
Было около пяти, занимался рассвет, когда Яров оказался в своей Щелковской квартире. Он прикинул, что торопиться некуда, что следует с большей или меньшей четкостью обдумать свои дальнейшие действия, а главное выспаться. Время пока терпело.
Яров поставил будильник на десять часов и лег спать.
глава 4. Эй, мамбо!
Но его разбудил не будильник, а около девяти часов спящий или лишь только дремлющий мозг вдруг выдернул из времен сорокалетней давности диковатую мелодию, под которую танцевали то ли на танцплощадке в Малаховке, то ли на не менее знаменитой танц-веранде в Сокольниках.
Эй, Мамбо! Мамбо Италия!
Эй, мамбо! Мамба Италья-яно-о!
Мелодия и слова в исполнении, кажется, женской группы, были настолько четкими, что по началу Яров подумал, что кто-то за стеной поставил на проигрыватель пластинку. Но кто теперь пользуется этими старыми проигрывателями и пластинками? Магнитофоны, компакт диски...
Он убедился, что музыка гремит лишь в его памяти, подождал и тут же услышал: "Румба! Румба негра!" - из того же репертуара. От которого уже не отделаться.
Побрившись и наскоро позавтракав, он надел шляпу и спустился к автомобилю.
Возле магазина "Автозапчасти" Яров притормозил. Он не мог разглядеть среди парнишек в желтых жилетах снующих возле охраняемой автостоянки своего длинного Дон Кихота. Судя по всему, его сегодня здесь не было. Потом Яров понял, что если б Дон Кихот и был, то вести с ним разговоры на этой контролируемой желтожилетниками территорией было бы неразумно. Собеседника следовало вытянуть на свою территорию или, в худшем случае, на нейтральную полосу.
Он докатился до своей торговой точки, открыл киоск и тут же поставил перед витриной пустую пивную бутылку. И этот сигнал должен был сработать рано или поздно. Так же как ведро на крыше! Теперь его будка представляла из себя нечто вроде старинной пожарной каланчи, на мачте которой вывешивались шары, означающие пожар в городе.
Сигналы сегодня заработали очень быстро. К Ярову не подошел за полчаса ни один клиент, зато на вираже появился знакомая зеленая "нива", на торможении возле табачки пошла юзом и Дон Кихот выскочил из салона, тут же закричав агрессивно.
- Слушай, дедок, у тебя "чердак поехал"?! Весь товар за один день успел спустить? Оптом сбросил?
- Мне нужно поговорить с Аликом. - Яров и вышел из табачки и сунул руку в карман, сжимая пистолет.
- Что-о? - с нарастанием спросил парень - А может тебе ещё презервативы японские нужны? Алик сегодня на Канарские острова улетает! Расторговался, так сдай деньги, потом получишь новый товар!
- Сопляк. - сухо сказал Яров.