— Молоток накосячил на том первом деле, на тренировке, — говорил задержанный уголовник. — А потом, когда Жила свалил с первой хаты… ну, когда вы его чуть не замели… он на другой крыше нашел шприцы. И г… доны. А он Молотку говорил, чтобы тот шалав на адрес не приводил.
— И за это он его порешил?
— Не совсем за это. Жила на него наехал плотно. Сказал, что еще один косяк, и Молотку кирдык. А тот испугался. У него итак из-за наркоты очко постоянно играло, а тут… Короче, он решил соскочить.
— Жила с этим не согласился?
— Жила сказал, что он торчок, — хмуро кивнул Сиплый. — А это значит, что он сразу продаст Жилу. Сразу, как ему бабки на дозу понадобятся. А за Жилу же награду объявили. Так что… Молотку надо было следить за базаром.
Ближе к вечеру к автосалону подъехала машина. Аксенов в это время как раз курил, стоя около «пежо».
— Серег.
Фокина не нужно было предупреждать дважды. Взглянув в бинокль, он различил водителя — тот был похож на Зуева.
— Да ладно.
— Что? Они?
Водитель вышел. Это был совсем другой человек — более плотный и гораздо старше. Фокин опустил бинокль и вздохнул.
— Отбой.
Допрос шел долго. Аксенов пытался узнать любые детали, даже самые незначительные. И он заставлял Сиплого рассказывать обо всем с начала до конца.
— Я не знаю, как там все было, когда Жила с первой крыши от вас свалил, — рассказывал уголовник. Жила не любил трепаться. Знаю только, что его чуть не взяли. А на второй крыше ему тупо повезло.
— Это как же?
— Мы назначили стрелку в пивнухе. Которая через дорогу. Жила уже собирался отчаливать из дома, оделся, все дела. И потом ментов увидел. С автоматами. А ему даже одеваться не надо было, прикинь! Пока они наверх ехали, Жила уже на крыше был. Потом в соседний подъезд. Ну и свалил, короче. А потом в пивнуху подтянулся. Мы с Зуем уже там его ждали.
Все было так, как и предполагал Аксенов. Глядя на Сиплого, он понял, что тот его не запомнил.
— А почему ты остался в пивнухе, когда Жила и Зуй уехали?
Сиплый вздрогнул.
— Вы уже тогда… на меня…?
Аксенов улыбнулся. Удобный повод для продолжения и закрепления блефа.
— Зуй сказал. Но я хочу услышать и твою историю.
— А, — Сиплый успокоился. — Жила сказал, чтоб я остался. Типа тактику ментов знать нужно. На будущее пригодится. Он и сам не против был остаться, но это рисково слишком.
— Где Жила поселился потом?
Сиплый поколебался.
— Не знаю. Не был я там.
— Гонишь, Сиплый.
— У Зуя спросите! Он снял для них квадрат на всякий пожарный. Жиле всегда нужно, чтоб запасной вариант был. Но я там не был. Знаю только, что где-то в районе мини-рынка.
— Какого мини-рынка?
— На Ленинской, как я понял. Но точно не знаю.
Вторник. Опера продолжали «заседать» напротив автосалона «4Х4». Время тянулось катастрофически долго. Раз в полчаса к салону подъезжали машины — просто любопытные, желающие взглянуть на товар, заказчики, владельцы машин, решившие пройти техобслуживание… Фокин развлекался тем, что глазел на проходящих мимо девушек.
— Смотри, какая. Вот бы зависнуть с ней.
— Ты себе домой сначала зависалку купи, — хмыкнул Аксенов.
— У меня есть все, что нужно. Кровать есть. Ванная есть. Холодильник с винищем есть. А, ну и главное, мой музыкальный центр — тоже есть. И огромная коллекция музыки. Так что чья бы корова мычала.
Аксенов вышел поразмяться. Расправив спину, которая тоскливо хрустнула после долгого сиденья в кресле, Аксенов закурил. Фокин хмуро покосился на него.
— Давай, кури. Порть свое здоровье. Заполняй канцерогенами легкие. Мучай свое сердце, которое вынуждено…
— Серег, отвали.
Фокин достал из кармана зубочистку и сунул ее в зубы.
В понедельник рано утром — а Хохлов, узнав, что Сиплый заговорил, приехал в управление к семи часам — опера уже знали имя нового члена банды Жилы.
— Евгений Райденко, — докладывал Фокин. — Тот самый человечек Зуева в «Каскад строй лимитед». Мы проверили списки сотрудников фирмы. Два месяца назад его выперли оттуда за пьянство. Судимый. Но самое главное, — он из Вязовки. И догадайтесь, кем он работал в стройфирме. Водителем.
— Водила банды?
— Я позвонил в местную ментуру, — вставил Колокольцев. — Они говорят, Райденко в Вязовке известный отморозок. Кликуха интересная — Кокос. Они с Зуевым по одному делу даже проходили, но Кокосу удалось отмазаться.
— Так что вот наводчик, — резюмировал Аксенов. — И он же новый член банды. Значит, их сейчас минимум трое: водила банды — Кокос, Зуев и Жила.
Среда. Третий день засады перед автосалоном «4Х4». И никаких признаков проявления к объекту нездорового интереса со стороны кого бы то ни было. Опера приезжали сюда к девяти утра, а покидали территорию почти в десять вечера. Все устали. И у всех на уме было только одно:
— Жила ведь осторожный, — обратился Давыдов к операм в «пежо» по рации. — А мы вышли на Сиплого. Сиплый знал про салон. Нафига им рисковать?
— Они думают, Сиплый у нас под наблюдением, — отозвался Аксенов. — Чтобы через него мы попытались выйти на Жилу.
— А если они узнали, что мы его хлопнули?
— Как, блин? Все контакты с Сиплым они оборвали.
— Дэн, мы три дня здесь кукуем, — поддержал Колокольцев.
