— Мяу! — добавил Капитан Сажа.
— Вам нужно от-тсюда уходить, — забеспокоился Занудник. — Всем вам. Они скоро вернутся.
— Отличная идея! — с энтузиазмом воскликнула Пикси Правды и начала пятиться к выходу из Мастерской. — Что ж, было приятно провести с вами время. Но я сегодня дважды чуть не умерла и не горю желанием искушать судьбу в третий раз. Раз уж с вами всё в порядке, я, пожалуй, удалюсь в свой скромный тихий домик в Лесистых холмах и приму ванну. Надо же смыть весь этот шоколад. Уверена, Маарта очень по мне соскучилась.
— Но ты не можешь уйти сейчас! — воскликнула я.
Глаза пикси расширились.
— А мне кажется, могу.
— Ты нужна нам.
— А мне нужна ванна, так что…
Но тут Отец Рождество догадался, что у меня на уме.
— Амелия права. Ты нужна нам, Пикси Правды. Помоги нам в последний раз.
Мы отправились прямиком в ратушу. Отец Рождество рывком распахнул дверь, и все эльфы обернулись. Глаза их расширились от удивления, а в зале повисла потрясённая тишина.
Отец Водоль, стоявший рядом с Пасхальным кроликом, как раз добрался до середины своей речи.
— …Мы с кроликами сделаем всё, чтобы в Эльфхельме вновь воцарились закон и порядок, а Отец Рождество и прочие людишки не смогли больше морочить нам головы. Отныне и впредь мы будем верить только правде и…
Кролики, стоявшие по периметру зала, тоже смотрели на нас. Я встретилась взглядом со знакомой одноглазой крольчихой.
— НАРУШИТЕЛИ! — завопила 382.
Отца Водоля перекосило от бешенства. Пока наша покрытая шоколадом компания двигалась к сцене, глаза его так и метали молнии.
— Вы только посмотрите на них! — завопил он. — Вымазались шоколадом, который украли из банка. Я говорил правду. Вот оно, доказательство! Разве вы не верите своим глазам?
— Правда — весьма интересное слово, — невозмутимо произнёс Отец Рождество. — Многие используют его с разными целями, искажая смысл. Но правда всегда одна. К счастью, мы привели с собой Пикси Правды. Как вы знаете, она говорит правду, только правду и ничего, кроме правды. Итак, ты расскажешь нам, кто стоит за ограблением банка?
— О нет, — вздохнула Пикси Правды. Все — и эльфы, и кролики — выжидательно смотрели на неё, и под их взглядами она чувствовала себя неуютно.
— Как-то неловко, — пробормотала она.
— Расскажи им правду, — попросил Отец Рождество.
Отец Водоль кинулся вперёд и призвал на помощь самое тёмное чудовство, чтобы заставить Пикси Правды замолчать. Но все эльфы знали, что ни одна сила в мире не помешает Пикси Правды сказать правду.
— Отец Водоль ограбил банк с помощью кроликов, — выпалила она. — Люди ни в чём не виноваты. Отец Водоль и Пасхальный кролик просто хотели убрать их с дороги. Они бросили нас в темницу под Эльфхельмом и попытались утопить в шоколаде. Вот почему мы покрыты им с ног до головы. Кстати, кролики построили под городом целый лабиринт. — Пикси Правды остановилась, чтобы перевести дух.
Эльфы в зале ахнули от изумления.
— Это так! — раздался в толпе голос Нуш. — Я сходила в банк и внимательно изучила место преступления. Под хранилищем есть туннель, который ведёт к системе подземных ходов. И там пещера, полная шоколада.
— От-тец Водоль снова нас обманул, — поддержал жену Занудник. — Он всегда нам врал.
— Теперь я могу идти? — поинтересовалась Пикси Правды.
Отец Рождество покачал головой.
— Потерпи, пожалуйста, у меня остался ещё один опрос. Амелия специально разбила сани? Она действительно целилась в кого-то, как написал Отец Водоль в «Снежной правде»?
— Я видела её в день, когда это случилось. Она обо всём мне рассказала. И хотя сама я врать не умею, ложь я чую за версту — лучше, чем любая другая пикси. Так что поверьте мне, это был несчастный случай. Амелия хороший человек… Пусть она немножко надоедливая, и я вечно из-за неё встреваю в неприятности, Амелия никогда не желала эльфам зла.
— Я знала! — воскликнула Матушка Брир. — Знала, что она хорошая.
— А я что говорил? — крикнул письмолов Пиппин. Из карманов у него торчали последние рождественские письма.
— Я люблю людей! — пискнул Малыш Мим.
Зал пришёл в движение. Кролики ждали приказов, но их предводитель замер на сцене рядом с Отцом Водолем.
— ТИШИНА! — завопил чернобородый эльф. — ТИХО! Какая разница, кто ограбил банк? Люди представляют для нас опасность.
Он повернулся к кроликам и ткнул пальцем в нашу сторону.
— Схватить их!
Но кролики не двинулись с места.
— Я знала, что Пасхальный кролик злой! — сказала Матушка Миро.
— И всегда таким был! — поддакнул Колумбус.
Я посмотрела на Пасхального кролика. Он выглядел смущённым и сбитым с толку, словно добро, таившееся в глубине его души, искало путь наружу, но он не знал, что с ним делать. Я вспомнила слова, однажды сказанные Отцом Рождество: «Если постараешься увидеть в ком-нибудь добро, оно обязательно засияет в ответ».
— Нет! — сказала я эльфам. — Пасхальный кролик вовсе не злой.
— Амелия! — рассмеялась Мэри. — Что ты такое говоришь? Он же едва нас не убил. И помогал Отцу Водолю.
— Да, но не он это начал. Когда-то, до войны с эльфами, кролики были добрыми и мирными.
