— Вот! — воодушевился Отец Водоль. — Только вслушайтесь в эту дикую антиэльфийскую пропаганду. Она вас ненавидит!
— Это не так. Просто я не боюсь правды.
Внезапно к сцене подошёл самый старый эльф в ратуше, эльф с длинными седыми усами.
— Амелия, — обратился ко мне Отец Топо, и никто не решился его прервать. — Наверное, я единственный, кто помнит последнюю битву с кроликами, которая случилась сотни лет назад. Мне тогда было шесть, но я до сих пор стыжусь того, что видел. Мне стыдно за жестокость, проявленную эльфами. Никогда больше я не наблюдал ничего подобного. Вот почему я всегда старался стать другим. Приветствовал чужаков. Вот почему однажды я забрался на гору с внучкой и наложил чудовство на умирающего мальчика, пришедшего из мира людей. Мальчика по имени Николас. Этот мальчик стоит сейчас перед тобой. — Он кивнул на Отца Рождество. Тот улыбнулся и украдкой вытер слёзы.
— Я не хотел бояться чужаков. Но Отец Водоль не помнит былых войн. Может, если бы он видел то, что видел я, он бы иначе к этому относился. Но вот что я скажу тебе, Пасхальный кролик…
— Что? — встрепенулся тот. Он снова сжимал в лапе драгоценную подвеску, а болтающееся левое ухо вытянулось в струнку.
— Во-первых, — сказал Отец Топо, — советую тебе не доверять Отцу Водолю. Он печётся только о своих интересах. Остальные, будь то эльфы или кролики, его мало волнуют. А во-вторых, я глубоко сожалею о том, что случилось с кроликами. Мы не должны были прогонять вас с родных земель. Это было неправильно. И если бы собравшиеся здесь эльфы знали, как всё произошло на самом деле, они бы со мной согласились.
Извинений Пасхальный кролик явно не ожидал и теперь не знал, что сказать. Он открыл рот, но не издал ни звука.
— Почему вы медлите? — разъярился Отец Водоль и затопал ногами на кроликов. — Хватайте людей! Чего вы ждёте?
— Меня, — ответил Пасхальный кролик. — Они ждут меня. Приказы эльфов для них — пустой звук.
Кустистые брови Отца Водоля поползли вверх, а потом резко опустились вниз, словно крылья умирающей птицы.
— Ну так прикажи им!
— Я тоже не подчиняюсь приказам эльфов, если уж на то пошло, — осадил его Пасхальный кролик. Отец Водоль наконец замолчал.
Отец Рождество поднялся на сцену.
— Вражда между эльфами и кроликами должна остаться в прошлом. Мне жаль, что вас выгнали из Эльфхельма. Как глава Совета эльфов я объявляю, что отныне Эльфхельм открыт для кроликов. Что нужно сделать, чтобы мы жили в мире?
Эльфы, люди, пикси и кролики притихли в ожидании ответа. Пасхальный кролик посмотрел на свою подвеску.
А я вспомнила, что там, под слоем хрусталя, хранится крохотное шоколадное яйцо — последний подарок его матери. И меня осенило.
— Вам больше не придётся прятаться, — сказала я. — Пусть весь мир узнает о кроликах из Страны нор и холмов, как узнал об Отце Рождество. Нужно открыть людям смысл, который твоя мама вложила в своё последнее творение. Напомнить, что жизнь хрупка, но полна радости. Передать послание, скрытое в шоколадном яйце.
Пасхальный кролик вопросительно посмотрел на меня. Когда он не пытался никого убить, морда его становилась удивительно доброй.
— Я ничего не понял, — признался он.
— И не ты один, — сказала Мэри.
— Вы будете раздавать шоколадные яйца, как Отец Рождество раздаёт подарки, — терпеливо объяснила я. — И тогда чужаки больше не будут представлять угрозы для тебя и других кроликов. Все увидят, какие вы добрые. Думаю, Отец Рождество с радостью одолжит тебе сани и оленей на первое время… Ты сможешь работать вместе с ним на Рождество. Дети проснутся утром и найдут подарки в чулке, а шоколадные яйца — там, где ты их спрячешь.
— А это обязательно? — спросил Отец Рождество. Он выглядел чуть раздосадованным. Но потом опомнился и сказал: — Хотя о чём это я? Конечно, разумеется, мы сможем работать вместе! Никаких проблем.
Пасхальный кролик тоже наконец понял мою мысль.
— Послание, скрытое в шоколадном яйце, — медленно повторил он и сверкнул глазами.
— Не слушай их! — закричал Отец Водоль, охваченный страхом и яростью. — Они морочат тебе голову!
— Нет, они совершенно искренне, — сказала Пикси Правды.
Но Пасхальный кролик уже замотал головой.
— Нет, — решительно сказал он.
Сердце у меня упало.
Кролики приготовились к атаке. 382 поудобнее перехватила верный сачок.
— Так не пойдёт, — продолжил Пасхальный кролик. — Рождество уже завтра. Я не успею подготовиться! Шоколадным яйцам нужен собственный праздник.
Все осторожно выдохнули. А я озвучила идею, которая витала в воздухе.
— Может, тогда Пасха? День, когда кролики выходят из нор на поверхность. Тебя ведь потому и называют Пасхальным кроликом.
— Да, так и есть. — Пасхальный кролик улыбнулся впервые с момента нашего знакомства. — Пасха! Великолепно.
