Мысль была такая: «Что, если я его больше не увижу?»
Нуш сошла с Главного пути, свернула на Тихую улицу и нырнула в Очень тихий переулок, за которым начиналась Секретная дорога к Лесистым холмам. Она бывала там много раз. В детстве Отец Топо водил её в холмы, чтобы подглядывать за пикси. Однажды Нуш даже поймала в банку Летучего историкси и зачарованно любовалась его крылышками. Когда Отец Топо увидел, что она сделала, то здорово рассердился. Старый эльф выпустил пикси и подарил ему новое слово — «разносторонний». Слово очень полюбилось крылатому созданию. Летучие историкси питаются словами, как пчёлы — мёдом. Они всегда охотятся на новые необычные словечки, чтобы потом приправлять ими свои истории.
Лесистые холмы были густо усыпаны снегом. Нуш быстро выбилась из сил: её короткие ножки тонули в сугробах и запинались о сосновые шишки. Ей было совестно, что она ничего не сказала Зануднику, но он бы точно переполошился и начал её отговаривать. Занудник был хорошим мужем, только уж очень мнительным. Он беспокоился по любому поводу. Боялся сломать зуб о конфету. Боялся, что солнце забудет подняться. Боялся, что однажды в мастерской мячики перестанут прыгать, а волчки — крутиться. Но больше всего он боялся, что тролли вернутся. Теперь же Нуш ничего не могла поделать с чувством вины, которое ворочалось у неё в животе и чем-то напоминало ощущение, какое бывает при падении.
За пушистыми соснами показался крохотный дом. Он был вполовину меньше дома Нуш, как и все дома пикси. При взгляде на ядрёно-жёлтые стены начинали слезиться глаза. Крыша была до того крутой, что напоминала наконечник стрелы. У домика была всего одна дверь и одно окно.
На двери висела небольшая табличка.
«ОСТОРОЖНО! Я ГОВОРЮ ПРАВДУ», — сообщала она.
«Так вот где живёт Пикси Правды», — подумала Нуш. Она вспомнила, что Отец Рождество дружит с этой пикси. Значит, её можно не бояться. Нуш постучала в дверь.
На пороге возникло изящное создание с огромными глазами, остроконечными ушами и весьма оригинальным вкусом в одежде (жёлтый, больше жёлтого, ещё больше жёлтого!). Пикси широко и проказливо улыбнулась.
— Ты Пикси Правды, — сказала Нуш.
Та посмотрела на эльфу снизу вверх.
— Да, это я. Спасибо, что напомнила. Пока.
И она закрыла дверь прямо у Нуш перед носом.
Но Нуш не двинулась с места.
— Прости! — громко сказала она. — Я только хотела тебя кое о чём спросить. Я друг Отца Рождество. И пытаюсь разузнать, не собираются ли тролли снова напасть на Эльфхельм. Конечно, ты пикси, а не тролль, но пикси в таких вопросах смыслят больше эльфов. Поэтому я подумала, что ты…
Дверь снова открылась. Пикси Правды уставилась на Нуш своими глазами-блюдцами.
— Значит, ты дружишь с большим человеком?
— Да, — ответила Нуш со сдержанной гордостью эльфы, у которой дома висят семь портретов Отца Рождество.
— Заходи, — сказала Пикси Правды. — И не забудь разуться.
Нуш оставила башмаки на снегу и вошла в дом. Внутри он был таким же ослепительно-жёлтым и пах корицей. Нуш присела на стул.
— Я бы предложила тебе кусок пирога, но не хочу делиться, — сказала Пикси Правды.
— Ничего страшного, — ответила Нуш, стараясь не обращать внимания на возмущённое урчание в желудке. Она достала блокнот: — Не возражаешь, если я буду делать пометки для статьи?
— Делай. Только не ссылайся на меня. Хочу сохранить «ауру таинственности», я много лет над ней работала. — Пикси Правды уставилась на Нуш. — Эльфы такие странные. Пальцы у вас толстые, лица широкие, а ноги похожи на пни. Впрочем, вы недалеко ушли от Отца Рождество с его нелепыми круглыми ушами. Как тебя зовут?
— Нуш.
— Будь здорова. Так как тебя зовут?
— Нуш.
Пикси нахмурилась.
— Будь здорова, расти большая… Ты какой-то очень чихучий эльф. Смотри, не запачкай мне ковёр соплями.
— Я не чихаю. Это моё имя — Нуш.
— О! А! Тогда прошу прощения. Наверное, тяжело жить с таким глупым именем. Меня зовут Пикси Правды. Гораздо проще, согласись.
Хотя слова пикси и задели Нуш, она постаралась улыбнуться. Эльфа обвела взглядом комнату и заметила в углу коричневую мышку.
— У тебя мышь живёт?
Пикси Правды кивнула. Она объяснила, что мышку зовут Маарта. Маарта оказалась пра-пра-пра-пра-правнучкой мыша Миики, которого Отец Рождество знал ещё в те времена, когда был обыкновенным мальчиком по имени Николас. Тогда Миика был единственным другом Отца Рождество. Он проделал с ним весь путь от маленькой деревеньки в Финляндии до Крайнего севера. Пра-пра-пра-пра-правнучка Миики была очень на него похожа. Она аккуратно грызла кусок пирога с корицей.
— Здравствуй, Маарта, — поприветствовала её Нуш.
Мышка и усом не повела.
— Обычно ей нравятся эльфы. Наверное, дело в тебе, — пожала плечами Пикси Правды.
Нуш подумала, что обижаться бессмысленно.
— Ты знаешь, почему тролли напали на Эльфхельм в прошлом году?
Пикси Правды посмотрела в окно, где за стеной сосен раскинулась Долина троллей. Она вдруг встревожилась и попыталась солгать:
— Ннн… — Пикси даже покраснела от усердия. — Ннн… Да, знаю! — выкрикнула она и тут же прикрыла рот ладошкой, понимая, что проговорилась.
— И почему? Чем мы их разозлили?
