Пикси Правды выглядела совсем несчастной. Она не могла промолчать, хотя и очень хотела.
— Им промыли мозги, — выпалила она.
— Промыли мозги? Но кто?
— Пикси. Некоторые пикси. Тебе ведь известно, что существуют разные виды пикси?
— Да, — сказала Нуш. — Я кое-что про них знаю, но далеко не всё.
Пикси Правды пустилась в объяснения, надеясь, что это спасёт её от дальнейших расспросов.
Помимо Пикси Правды, в холмах обитала Пикси Страха. Она жила уединённо, в домике на дереве. А поскольку боялась высоты, то никогда из него не выходила. (Никто понятия не имел, зачем она живёт на дереве, если так боится высоты).
Ещё были Летучие историкси. О них Нуш, разумеется, знала. Знала она и о том, что жили они где ни попадя и — в отличие от остальных пикси — умели летать. Историкси порхали по холмам, не чурались троллей, а иногда даже заглядывали в Эльфхельм. И повсюду рассказывали истории. Они были самыми крохотными пикси.
— О, ещё есть Пикси Лжи, — вспомнила Пикси Правды. — Мы с ним раньше не ладили, но теперь он мне даже нравится. Он лучше всех говорит комплименты.
Несмотря на то, что в холмах обитало множество пикси, Отец Рождество дружил только с Пикси Правды. Потому что лишь ей можно было доверять.
— Так что случилось в канун прошлого Рождества?
— Мне нельзя говорить. Я и так уже… — Пикси Правды чуть не плакала.
— Расскажи всё, что знаешь, — попросила Нуш, не сводя глаз с её изящного личика.
Пикси Правды вздохнула. Безнадёжные попытки соврать порядком её измотали.
— Это сделали Летучие историкси.
— Что? Но как?
— Тролли довольно глупые. Они большие и злые, но думать не умеют. У пикси всё наоборот. Мы маленькие, озорные и постоянно о чём-нибудь думаем. К примеру, с тех пор, как я начала это предложение, мне в голову пришло три тысячи четыреста восемьдесят две мысли. А Летучие историкси думают лучше всех. Вот почему у них есть крылья. У историкси было столько мыслей и фантазий, что они захотели от них улететь. И в самом деле научились летать. Они могут забраться в мысли других существ. Они могут… Давай поговорим о чём-нибудь ещё. Давай поговорим о Маарте. Посмотри, какая она милая. Нет, ты только посмотри! А как она подбирает крошки…
Но у Нуш ещё оставались вопросы.
— И какое отношение всё это имеет к прошлому Рождеству?
Пикси Правды закатила глаза.
— Проблема с историкси в том, что они много болтают. Причём сами с собой… Я слышала, что они говорят. Они вбили себе в голову, будто без Рождества станет лучше.
— Почему? — спросила Нуш, торопливо записывая в блокнот всё, что сказала Пикси Правды. — Чем им не угодило Рождество?
Пикси Правды улыбнулась. Этот вопрос ей понравился. Потому что на него она могла с чистой совестью ответить:
— Не знаю.
— Может, кто-то настроил их против Рождества?
— Не знаю, — пискнула пикси. — Послушай, Апчуш, у меня ещё много дел. Нужно кое-куда пойти, кое с кем встретиться, кое-что взорвать…
— Меня зовут не Апчуш. Я Нуш.
— Как тебе угодно.
Нуш посмотрела на часы. Время близилось к Ночеру.
— А что они задумали в этом году? В Эльфхельме снова слышали шум из-под земли. Нам стоит беспокоиться?
— Я ничего об этом не знаю, — ответила Пикси Правды. По всему было видно, что разговор с Нуш знатно испортил ей настроение. Пикси Правды подошла к эльфе и больно ущипнула её за нос. Хотя у пикси тоненькие пальцы, хватка у них медвежья.
— Ай! — завопила Нуш, чуть не плача. — Зачем ты это сделала?
— Прости. Всегда мечтала ущипнуть эльфа за нос. Понятия не имею, зачем мне это. Хочешь, взорвём хлопушку?
— Нет, но всё равно спасибо за рассказ, Пикси Правды. Я отправляюсь в Долину троллей. Может, встречу там Летучих историкси и выведаю у них пару фактов.
— Даже не надейся. У Летучих историкси аллергия на факты. А у троллей — на любопытных эльфов. Я бы на твоём месте держалась от них подальше.
Нуш решительно не нравилось, куда зашёл их разговор. Ей вдруг захотелось оказаться подальше от слишком маленького и слишком жёлтого дома.
— Что ж, ещё раз спасибо. Ты мне очень помогла. Увидимся.
Пикси Правды залилась тонким смехом.
— Ох, сомневаюсь! — сказала она, утирая слёзы. — Вспомни, куда ты идёшь!
Нуш вежливо улыбнулась, попрощалась с пикси и её мышкой и вышла за дверь. Затем, нацепив башмаки, она отправилась на запад, в Долину троллей.
— В работном доме Рождество не отмечают, — сказала Амелии миссис Резче. — И не болтают попусту. Здесь только работают с утра до ночи. Посмотри на этих девочек! Они не раскрывают рта без крайней необходимости, то есть почти никогда. И ты станешь такой через неделю. Молчание — высшая благодетель.
— Не дождётесь, — ответила Амелия.
— Это мы ещё посмотрим. Я пообещала мистеру Мору, что время, проведённое здесь, ты нескоро забудешь. И я исполню своё обещание — ради спасения твоей души.
