– Я согласна с Гарри, – громко сказала Лидия, как только дверь за ним закрылась. – Думаю, Пилар имеет право на некую долю. Завещание было составлено много лет назад, задолго до смерти Дженнифер.
– Чушь! – крикнул Джордж. – Я бы назвал это ущербной и даже порочной логикой, Лидия. Закон есть закон. И мы должны ему следовать.
– Что и говорить, Пилар не повезло, и мы все искренне ей сочувствуем, но Джордж прав. Как он сказал, закон есть закон, – поддержала мужа Магдалена.
Лидия встала с места и взяла Пилар за руку.
– Мой дорогая, я понимаю, тебе сейчас крайне неприятно. Но не могла бы ты выйти на пару минут, пока мы не обсудим этот вопрос? – С этими словами она подвела девушку к двери. – Не переживай, Пилар. Я приложу все усилия.
Пилар медленно вышла из комнаты. Закрыв за ней дверь, Лидия повернулась к присутствующим. На какой-то миг воцарилось молчание, затем все дружно сделали глубокий вдох. В следующую секунду битва уже кипела вовсю.
– Ты всегда был толстокожим скрягой, Джордж! – заявил Гарри.
– По крайней мере, я ни на ком не паразитировал и ни у кого не клянчил денег! – возразил ему брат.
– Не паразитировал? Это еще как сказать! По-моему, ты сидел на шее у отца все эти годы.
– По-моему, ты забываешь, что я занимаю ответственный пост, который требует от меня полной отдачи сил.
– Ага, ответственный пост, который требует полной отдачи сил… Кто бы говорил! – презрительно воскликнул Гарри.
– Как ты смеешь! – взвилась Магдалена.
– Неужели нельзя обсудить все спокойно? – спросила Хильда чуть громче обычного.
Лидия с благодарностью посмотрела в ее сторону.
– Неужели мы должны устраивать весь этот позорный шум из-за денег?! – с неожиданной яростью воскликнул Дэвид.
– О, какие мы, однако, благородные! – прошипела на него Магдалена. – Вы же не откажетесь от своей доли, не правда ли? Вам ведь нужны деньги, как и всем остальным. И ваше благородство не более чем поза!
– Вы считаете, я должен от них отказаться? А как же… – произнес Дэвид сдавленным голосом.
– Разумеется, не должен. Но должны ли мы вести себя как дети? Альфред, ты старший в семье, – заявила Хильда.
Тот как будто пробудился от сна.
– Простите? Вы все кричали одновременно. Это сбивает с толку.
– Как только что сказала Хильда, должны ли мы вести себя, как жадные дети? – сказала Лидия. – Давайте все тихо и спокойно обсудим, но только по одному, – быстро добавила она. – Альфред будет говорить первый, потому что он старший. Как ты считаешь, Альфред, как нам поступить с Пилар?
– Конечно же, она должна поселиться у нас, – медленно начал он. – Мы же должны выделить ей содержание. Насколько я понимаю, претендовать на материнскую долю она не может, таких прав у нее нет. В конце концов, она не Ли, более того, подданная Испании.
– Согласна, по закону не может, – вмешалась Лидия. – Но моральное право у нее, безусловно, есть. Насколько я понимаю, твой отец, хотя его дочь и вышла замуж за испанца вопреки его воле, признал ее в качестве законной наследницы наравне с остальными. Джордж, Гарри, и Дэвид, и Дженнифер должны были получить равные доли. Дженнифер умерла лишь в прошлом году. Я уверена, когда твой отец послал за мистером Чарльтоном, он хотел включить в завещание Пилар. Он как минимум решил отдать ей материнскую долю. А возможно, и гораздо больше. Не забывайте, она была его единственной внучкой. И в наших с вами силах исправить несправедливость по отношению к ней, которую намеревался исправить ваш отец. Это самое меньшее, что мы можем для нее сделать.
– Отлично сказано, Лидия, – с теплотой в голосе произнес Альфред. – Я был не прав. Я согласен с тобой, что Пилар должна получить долю Дженнифер.
– Твоя очередь, Гарри, – сказала Лидия деверю.
– Как вы знаете, я согласен. Думаю, Лидия все очень правильно сказала, за что я ею восхищаюсь, – сказал Гарри.
– Джордж? – спросила Лидия.
Тот покраснел как рак.
– Разумеется, нет! – выкрикнул он. – Вы предлагаете немыслимые вещи. Дайте ей крышу над головой и деньги на наряды. С нее этого вполне хватит!
– То есть ты отказываешься пойти нам навстречу? – уточнил Альфред.
– Да, отказываюсь.
– И он совершенно прав, – вмешалась Магдалена. – Предлагать такое – боже, как это некрасиво с вашей стороны! Учитывая, что Джордж – единственный из всей семьи, кто что-то делает в этой жизни. Это просто позор, что ваш отец оставил ему сущие крохи!
– Дэвид? – обратилась к другому брату Лидия.
– Думаю, ты права, – туманно произнес он. – Жаль, что все это вылилось в такой некрасивый скандал.
– Ты совершенно права, Лидия. Так будет только справедливо! – воскликнула Хильда.
Гарри обвел взглядом присутствующих.
– Что ж, по-моему, все ясно. Альфред, Дэвид и я поддерживаем предложение. Джордж против. Наши голоса перевешивают его голос.
– Ни о каком голосовании не может быть и речи! – сердито произнес Джордж. – Моя доля в наследстве неоспорима и принадлежит только мне одному. Я не расстанусь ни с единым пенсом.
– Правильно, дорогой! – поддакнула Магдалина.
