— Все вы? — она упёрлась лбом в подушку, стараясь ничем ниже шеи не шевелить. Боль была, но вполне умеренная, её можно было терпеть. Наверное, организм начал приспосабливаться: всё-таки регенерация у взрослого, хорошо обученного Творца, зверская.
Все загомонили одновременно, каждый добавляя по фразе:
— Все мы, и ещё Мастер Азорра с нами.
— Вот только-только из Стального Гнезда добрались.
— Мы сразу сюда, а его какие-то важные айи задержали.
— Ага, навещаем болящую, как некая замена родственникам, пока настоящий сюда не добрался.
— Какой ещё настоящий? — нет, всё-таки лежать, уткнувшись физиономией в подушку и не видя лиц друзей было очень неприятно. Шерил попыталась встать и тут же к ней протянулись руки, подхватывая, поддерживая, помогая обрести равновесие. — Это вы о Лейве? Так он мне даже не муж. Какой из него родственник?
— Вот ещё! Кто ж Сиятельного в святая святых допустит?
— У тебя тут брат объявился, — стало неожиданно тихо и только ровный голос Юджина продолжил объяснения: — Тоже маг-творец, менестрель. Утверждает, что отправился за тобой из вашего мира вскоре после того, как ты оттуда пропала, только выкинуло его на территории Гегейргона, только пару месяцев как до нас добрался.
— Алишер?! — она не заметила, как вскочила на ноги.
— Да, именно так он себя называл.
— Где? — она пробежалась взглядом по близким и родным, но не тем лицам.
— Не добрался ещё, — ответил Юджин, как всегда знавший немного больше остальных, немного виновато. — Он сейчас в Полуденных Вратах, в долине Ниппы на поддержании обороны работает. Может быть, к завтрашнему вечеру успеет.
Известие о том что брат, единственный, родной, любимый, каким-то образом просочился за нею в этот мир (чудо! самое настоящее и неподдельное! какого, наверное, не бывает), послужило наилучшей анестезией. У неё нашлись силы не только встать (даже вскочить!), но и пойти что-то там по мелочи перекусить — серьёзный и основательный завтрак в неё всё равно не влез. А потом, ощущения, временно оглушённые радостным известием, вернулись в полном объёме.
Переговоры шли успешно. Даже более успешно, чем Лейв надеялся, и в тот же день был подписан самый первый, самый общий договор о взаимопомощи и сотрудничестве. Он не особенно обольщался по этому поводу, знал заранее, что основные трудности начнутся, когда дело дойдёт до частностей, однако всё равно казалось, что всё проходит как-то слишком легко и простота в таком количестве не могла не удивлять. А когда после окончания работы, когда они устроились чтобы выпить по маленькой и пообщаться в неформальной обстановке, непреминул поинтересоваться причинами.
— Необходимость созрела, — чуть небрежно повёл крыльями главнокомандующий. — На самом деле, — он чуть пригубил янтарной жидкости из пузатой рюмки, — решение о заключении союза с Ияннориром было принято уже довольно давно, когда вы впервые прислали гонца не только с предложениями, но и с описанием технологии производства защитных амулетов. Это был очень хороший ход с вашей стороны.
— Всё, как говорила моя девочка, — расчетливо кинул фразу для затравки Лейв.
— Вот-вот, — охотно подхватил новую тему его собеседник, — и Шерил, когда её об этом спросили, тоже сказала, что с тобой можно иметь дело.
И еле сдержал проклятия в адрес Мастера Езекиила (у некоторых, скорбных разумом Мастеров свои представления о важном и не важном, и ведь предупреждали же его!), так быстро уложившего девушку на операционный стол, что её даже толком порасспросить не успели. Теперь же, некоторое время пока крылья не прирастут на место, она будет малоценна для общения, а сведения, которые можно было бы из неё добыть, могли стать ох какими нелишними.
— Кстати, куда её?.. — откинувшийся на странно узкую, непривычную спинку кресла Лейв, и вопросительно приподнял левую бровь.
— Крылья отращивать, — улыбнулся чему-то главнокомандующий и охотно продолжил отвечать на осторожные расспросы Лейва. Впрочем, ничего такого, что не было бы известно о ней массе народа, он не рассказывал.
Но и этого оказалось более чем достаточно. Много нового, неожиданного, удивительного узнал он о своей случайно найденной в заштатном гареме любовнице. Многое стало понятно. Некоторые тайны он счёл вполне простительными, хотя неприятный осадок от проявленного недоверия всё же остался.
Но вот то, что она утаила от него, даже не от него лично, а от всего народа кхонов такие полезные знания, которыми поделилась с айями, он ни понять, ни простить не мог. А сколько проблем просто-напросто исчезло бы, умей некоторые, избранные люди настолько совершенно управлять собственным телом, да и методики самоконтроля кхонов можно было бы изрядно дополнить.
Обидно и неприятно. А осознание упущенных возможностей доводит просто до скрежета зубовного.
