— Ладно, ты серьезно хочешь удочерить Сонечку? Или как там это на юридическом языке правильно называется. — я смерила Кирилла строгим взглядом. — Ты забывал покормить Тедди, а тут ребенок. Соня — не собака. Если ты застрянешь на работе или сорвешься в другую страну, никто о ней не позаботиться кроме тебя.
— А как же мама? — нахмурился Кирилл.
— Мама — это хорошо, но мы абстрагируемся от нее. Тебя она уже вырастила и никому ничего не должна. Наша дочь — чисто наша ответственность, понял? — я была строга с Кириллом, потому что он не до конца понимает, что значит отвечать перед маленьким человеком, который в силу своего возраста зависим от родителей. — Слушай, может быть, ты просто будешь с ней играть, водить её в кино и дарить подарки, а? Это самый безобидный вариант для тебя. Затрат особо никаких: только время в выходной на нее найти и все. Сонечка довольна, и я точно знаю, что она в безопасности, сыта и здорова.
— Приплыли. — Кирилл шумно выдохнул и убрал руки за голову. — Меня это не устраивает. Ты совсем не рассматриваешь перспективу проживания со мной? Ты же обещала подумать.
— Кирилл, по-моему ты на меня несколько давишь. Для начала сделай так, чтобы с тебя сняли обвинения. — попыталась закрыть тему я, так как понимала, что исчерпала все внутренние ресурсы для продолжения разговора.
— Я жду звонка адвоката. Вчера ко мне приезжал следователь. Я сказал, что буду говорить только в присутствии адвоката. — пробурчал Кирилл, пытаясь кто-то поддержать нашу утреннюю беседу.
— И? Чего они от тебя хотели? — у меня сердце бухнуло в самые пятки и перестало биться.
— Вскрылись новые детали. Они хотели знать, как и при каких обстоятельствах меня подстрелил Дима. Скорее всего сегодня они попросят о встрече тебя. — Кирилл стал мрачнее тучи.
— Что ты им рассказал? — мои газа стали по два блюдца от удивления.
— Все, как было. — развел руками Кирилл. — Мне скрывать нечего, но они хотели знать подробнее о его отношениях с тобой.
— Ты сказал им, что он хотел меня изнасиловать? — коротко спросила я, ведь меня интересовало по большей части только это.
— Пришлось, извини. — Кирилл нервно сглотнул, зная, что это довольно личный и болезненный вопрос для любой девушки.
— Проехали, не извиняйся. Не ты, так я бы им об этом рассказала. Это нужно для дела. — отмахнулась я, не виня Кирилла. — Странно, что они вообще заговорили о Диме. Насколько я помню, ему еще долго отбывать срок. Статей у него было много… Как минимум еще лет пять точно он точно проведет в тюрьме.
— Эм, как раз уже нет. — Кирилл отвел глаза.
— Не может быть… — выдавила я, прикрыв рот рукой.
— Его выпустили по УДО три месяца назад. — продолжил шокировать меня Кирилл.
— Что нарыл следователь? — требовательно спросила у Кирилла я, начиная вникать в суть происходящего.
— По предварительным данным Диму видели с Ириной. Она встречалась с ним в парке на Патриках. Они попали на камеру у одного их ночных клубов. — Кирилл нервно провел рукой по волосам и погладил шрам на груди. — Это была вторая причина, по которой я решил напиться вчера. Ныло так, будто в меня только что стреляли.
— Боже, он же псих. — меня затрясло, а по телу побежали мурашки. — Он же мог моего папу… Он же может нас всех.
— Зайка, не паникуй. Это не доказано. Мало ли чего от Ирины хотел этот подонок. Может, ему деньги нужны. Ирина как раз ему задолжала. Логично, ведь он только откинулся, согласна? — Кирилл обхватил меня двумя руками за плечи, чтобы успокоить. — Эй, все будет хорошо.
— «Хорошо» понятие очень растяжимое. Сейчас тоже может быть «хорошо». — разозлилась я на ровном месте.
— Мне начать требовать программу защиты свидетелей? — Кирилл выглядел весьма озадаченным.
— Мне нужно позвонить. — я вскочила с кровати.
— Кому? Зачем? Куда? — задал три простейших вопроса Кирилл и уже крикнул мне в след, когда я скрылась за дверью в поисках телефона. — Зайка, вернись на базу!
Я проигнорировала все возмущенные требования Кирилла вернуться. В моей голове будто складывалась картина происходящего. Да, в ней есть некоторые неточности, зато четкая логика прослеживается. Смотрите, Дима отсидел, вышел и решил нам отомстить. Иначе каким боком здесь мой отец? Он не был настолько скандальным человеком, чтобы его хотело убить полгорода по каким-либо своим причинам. Враждуют по личным соображениям все, ведь люди не киборги, чтобы угождать друг другу, но убивать. Папа мог иногда резко высказаться, за это некоторые его недолюбливали. Некоторые считали моего отца хвастуном. Что ж, все мы не без греха. У Димы есть серьезный мотив в отличие от всех остальных. Так, стоп. Вы же не в курсе. Давайте отмотаем время на десять лет назад.
