Пока Люк рассказывал Азаилу свою историю, которую мы с вами уже знаем, бывший король Гастон сидел у горящего костра и слушал благословенную, ласкающую слух музыку аппетитно булькающего мясного бульона. Рядом с ним сидели в ожидании ужина молодцы в зеленом и подогревали аппетит недавно добытым пивом, радостно смеясь в предвкушении вкусного обеда. Малыш Рольф колдовал у здорового, шагов в десять в диаметре, котла, что-то туда все время подсыпая и помешивая. При этом под нос он напевал какую-то развеселую солдатскую песню из разряда «пошел в кабак, выпил, да подрался, а проснулся — без кошелька остался».
Но король Гастон, слушая, ничего не слышал. Он как завороженный смотрел на весело пляшущие язычки пламени, но не видел и его. Перед его мысленным взором пробегали картины недавнего прошлого, когда он за считанные дни потерял свое королевство…
Учебный класс в большом селе «Искра», что всего в 30 милях к югу от Кронбурга был просторным, так что в нем спокойно помещалось почти три сотни учеников. Это и не удивительно, ведь школа размещалась в здании сельской ратуши, в которой собиралось главы всех домохозяйств для решения различных местных вопросов — сбора урожая, нарезки наделов по семьям, определения очереди на охоту и рыбалку и так далее.
Ратуша, переделанная ныне в школу, внешне походила на обыкновенный двухэтажный крестьянский дом — прямоугольный, с черепичной крышей, цветными наличниками и печной трубой — только очень большой, во много раз больше обычного дома, зато по стенам на уровне второго этажа располагались довольно широкие деревянные галереи, напоминавшие клиросные хоры в храмах Создателя, на которые подымались по специальным лестницам. Эта особенность планировки позволяла части присутствующим — тех, для кого не нашлось места внизу — разместиться на галереях и участвовать в совете вместе со всеми.
Весь первый этаж был заставлен скамейками, разделенными проходом на две части, а впереди, в восточной части дома, было возвышение для ораторов (председателя совета, королевского герольда, сельского пастыря, местного помещика и других важных лиц).
Там, между окон, висели два больших портрета — хорошо знакомый всем с детства портрет основателя Содружества короля Роланда Древнего и нынешнего короля — Гастона — во всех королевских регалиях: диадеме с изумрудами, пурпурной мантии, со скипетром и державой в руках. С первого взгляда бросалось колоссальное сходство обоих королей — одинаково иссиня-черные вьющиеся волосы до плеч, серьезный, почти мрачный взгляд черных глаз, сросшиеся на переносице кустистые черные брови, тонкий нос с горбинкой, напоминавший орлиный клюв, плотно сжатые губы… Только у короля Роланда было много седых волос, преждевременные морщины избороздили его переносицу, лоб, уголки губ. В верхней части каждого портрета красовалась переливающаяся всеми цветами радуги надпись феиной вязью: «Rex Gratia Creatoris» — «Король милостью Создателя».
Деревянные стены сельской ратуши были обклеены красными обоями с изображением золотого льва, вставшего на дыбы — герба принцев Кронбургских, ибо село относилось к владениям принцев Кронбургских.
На потолке висели самовозгарающиеся магические люстры — подарок Небесных Владычиц, которые загорались сами при первых признаках темноты и горели разноцветными огоньками, источая при этом приятные запахи душистых цветов или хвои — в зависимости от того, каким цветом они горели.
Прошло вот уже без малого два месяца с тех пор, как после оглашения указа нового короля Авалона Гастона все здания сельских ратуш в деревнях переделывались в школы, и в них вели уроки специально присланные учителя.
Как и всегда, в этот день в школе было не протолкнуться. Ведь здание совета было рассчитано только на триста человек, а здесь без малого собралось свыше пятиста. И это была только первая смена, которая занималась с восьми часов утра до двенадцати дня. Это были мальчики и юноши. Потом, во вторую смену, приходили ещё пятьсот — женщины и девушки, которые занимались до четырех вечера. Затем — третья смена — мужчины — до 18 часов. Следом, четвертая — оставшиеся мужчины и женщины — до 22 часов. Согласно программе, принятой Ученым Советом под председательством самого Короля, сначала проходили занятия по чтению и письму, потом давались азы истории и географии, биологии и государствоведения, где проходили основы государственного и правового устройства Содружества и Сообщества, принципы Опеки, Порядка и Процветания.
Все лавки в школе были заняты, все хоры тоже — яблоку негде было упасть. Но при этом тишина сохранялась идеальная — ещё бы! — у столичного учителя ведь были розги…
Лавки были наскоро переделаны в парты, такие же парты были установлены и на хорах. Каждому ученику бесплатно, за счет государства, выдали набор тетрадей, чернил, перьев, песочниц, учебников — в общем, всего необходимого для учебы.
