— Я могу заставить вас силой… — задумчиво проговорил хозяин дома, но затем широко улыбнулся: — Но я не то настроение. Человек не хотеть идти — оно само прийти к человек!
Тучный мужчина хлопнул в ладоши, как в зал тотчас внесли тяжёлый стол с уже накрытой на нём бархатной скатертью лазурного цвета. Слуги установили его в самом центре зала, после чего принесли ещё и стулья с высокими спинками. Когда у прислуги освободились руки, они принялись безмолвно, одними только жестами, приглашать нас присесть. Сначала я сопротивлялась, но бледный парень в униформе и волдырями на голове практически силой усадил меня за стол в самой его середине. Нирона посадили на противоположной от меня стороне, Ванеску же разместили на углу. А ещё спустя мгновение к нам присоединился сам барон Ло То, сев во главе стола напротив телеведущей.
— Вы бояться? — весело поинтересовался хозяин дворца, будто бы это не было написано у нас на лицах.
Мы с Ванеской кивнули. Нирон предпочёл не отвечать.
Барон ещё раз хлопнул в ладоши и на этот раз в зал внесли блюда на золочёных подносах. Нас вновь обступила прислуга, суетливо выкладывая «гостям» приборы. Между тем я взглянула на Ванеску и заметила, как женщина брезгливо поморщилась, когда бородавчатая рука положила перед ней вилку. У меня на автомате закатились глаза. Сейчас было не до этого, но я всё равно не могла перестать призирать её, особенно в такие моменты.
— Мой прислуга молчалива, — сообщил барон, когда все слуги разбежались. — Я приказать каждому отрезать язык. Не выношу чужие голоса и просторечие.
— Зачем они на такое согласились?! — выпалила и сразу заткнула рот руками, страшась стать следующей.
— Зачем согласились? — удивился хозяин дома. — Райиноли сами себе отрезать свой поганый язык, чтобы служить Ло То Удото!
На этот раз я промолчала вместе со всеми остальными, хотя и прекрасно знала, что Нирон сейчас думает ровно о том же, о чём и я. Какие планеты и культуры только не встретишь в необъятной вселенной. Пожалуй, эта ещё не самая странная.
Переварив услышанное, я вернула взор к Ло То Удото, который смотрел исключительно на Ванеску, сидевшую напротив. Женщина ёрзала на сидении, смущаясь пристального взгляда тусклых синих глаз, но барон продолжал бестактно сверлить её глазами, отчего её загорелая кожа покрылась ярким румянцем.
— Может, уже хватит на меня пялиться? — не выдержала она.
— Оу, ланца заметить? — «Мы все заметить». — Я ведь большой ваш поклонник, ланца Кросби. Узнать, что вы прилетите мой планета и понять, что это мой шанс! Я годами следить за вашими подвигами, мечтать однажды слышать при встреча. Я любить вас, прекрасная ланца.
— Не проще было бы позвать эту «ланцу» на свидание? — нахмурилась я, начав лучше понимать происходящее.
— Я годами писать ланца Ванеска, но она не ответить ни разу, тогда я начать… э-э… импровизация, — задорно хихикнул барон. — Эта женщина моя мечта! Моя ланца! — и резко вскочил на ноги с прытью редкой для мужчины своего размера. — Я жениться на вас, ланца Кросби. Ох, где мои манеры… Вы, наверное, хотеть отдохнуть с дорога? Ну, перед свадьба. Я готов ждать! Целый сутки, если потребуется!
— О боги, отпустите меня! — воскликнула Ванеска.
— Из-за этого вы вывели из строя наши джеты? — следом выкрикнул Нирон.
— Что будет с нами после вашей свадьбы? — выпалила я, после чего взгляды сидящих за столом устремились ко мне.
— После свадьба я выделить вам корабль, чтобы вы двое лететь, откуда прилететь, — барон удостоил ответом лишь мой вопрос, медленно опустившись обратно на сидение.
— Тогда я за то, чтобы отдать Ванеску ему, — за эти слова телеведущая наградила меня взором полным ненависти.
— Не будет никакой свадьбы, — по слогам проговорила она, всё ещё испепеляя меня взглядом. — Простите, что не отвечала на ваши письма, — женщина перевела глаза на Ло То. — И за то, что вынуждена отказать вам в столь неожиданном и лестном предложении, но я с радостью оставлю вам свой автограф. Если хотите, мы даже можем сфотографироваться вместе.
Барон помолчал с полминуты, а затем выпалил:
— Антропишо… э-э… отдохните с дорога. Мои слуги проводить вас вверх.
Два молчаливых стражника приблизились к обеденному столу, дожидаясь, пока мы не спеша поднимемся из-за своих мест и проследуем за ними. Как и ожидалось, сопротивлялась на этот раз только Ванеска.
«А ведь именно она была против моего плана сдаться, — хмыкнула я. — Как чувствовала».
