Схему перед отбытием в Траттен я изучил от и до, стоило закрыть глаза, и она стразу вставала перед ними, четкая и стройная. Город будет изучен весь. Не факт, конечно, что что-то найду. Лангеберг говорил, что ничего определенного, одни лишь странные слухи, а слухи могут запуститься и на пустом месте. Или не совсем на пустом – был бы я нарушителем, постарался бы перевести внимание подальше оттуда, где все происходит на самом деле. Городок оказался на редкость мирный и уютный. Очень много зелени, вазонов с цветами, выделявшихся яркими пятнами на фоне стен. Ничего странного и отличающегося от работы обычных бытовых артефактов пока не выявлялось, да и чем ближе к окраине, тем меньше фонящих источников. Пожалуй, дальше и смысла идти нет. Я повернул налево и почти сразу неожиданно столкнулся с Бруном, с которым уже довелось послужить. И довольно весело послужить…
– Штаден? – радостно пробасил он и стукнул меня по плечу.
– Глазам не верю. Как тебя в нашу глухомань занесло? Из проулка, откуда он вывернул, слышался шум и топот, но Брун ничуть не волновался, быстро застегивая китель и делая вид, что стоит здесь со мной уже полчаса, не меньше. Я не успел ничего ответить, как из-за поворота выскочили два очень злых инора и почти в нас впечатались, затормозив в самый последний момент. Я высокомерно приподнял бровь и вопросительно посмотрел на эту парочку.
– Иноры военные, – просительно пропыхтел старший.
– Вы здесь давно стоите? – Не слишком, – холодно процедил я.
– Здесь никто не пробегал? – Только вы, – любезно ответил Брун и даже повернулся к ним.
– При нас только вы и пробегали. Иноры подозрительно на него уставились. Еще бы: у моего приятеля очень выразительный и запоминающийся голос, один раз услышишь – не забудешь, даже если слышал сплошные междометия, что наверняка и было. Но с двумя военными штатские связываться не рискнули, побросали неприязненные взгляды, попыхтели немного, да и ушли. И то сказать, если видели они Бруна только со спины, похожий голос – шаткое основание для обвинений.
– А я думал, чего это полковник Циммерман нудит про детей гарнизона, – заметил я.
– А это он на тебя намекал.
– Какие дети? – ничуть не смутился Брун.
– Я что? Так только, немного развлекаю скучающих дам. И сам развлекаюсь. Тоска здесь зеленая. А Циммерман со своей моралью надоел уже, право слово. За собой бы следил, если уж так радеет за нравственность. Уверен, что никто не знает про его роман с певичкой? Зря.
– Певичка? Здесь есть театр? На схеме театров точно нет. Или она устаревшая, или совсем не точная. Или певичка залетная…
– У герцога, – пояснил Брун, – любительский, конечно, но пару профессионалов он оплачивает. Так-то сюда мало кто поедет. Но герцогиня, – тут он еле заметно поморщился, – ценительница прекрасного, и герцог ей потакает. Интересно, чем Матильда не нравится Бруну? А ведь точно не нравится, судя по тону и выражению лица. Но спрашивать не буду. Не столь это важно. Но все же надеюсь, зрителей для герцогского театра не набирают из гарнизона в обязательном порядке. Я – не ценитель прекрасного, даже если это прекрасное воплощено в певичках. Да и певичка, как выяснилось, уже занята.
– Давно приехал-то? – спохватился Брун.
– Сегодня.
– Это надо обмыть, – серьезно заявил приятель.
– В хорошей компании, чтобы сразу со всеми познакомился. Кроме Циммермана, его тебе на сегодня хватит. Между нами, на редкость нудный тип. Хотя за своих горой стоит, это у него не отнять. Но все равно, звать не будем. И не вздумай отказываться, а то непорядок, удачи не будет на новом месте службы. Со старого из- за чего перевели? – Не так повезло, как тебе недавно. Меня не только слышали, но и видели. Брун совершенно неприлично хрюкнул, выдал пару фраз, не то соболезнующих, не то издевательских, и потащил меня знакомиться и проставляться, по дороге пытаясь выяснить подробности трагического, как он считал, происшествия. Что ж, Траттен от меня никуда не убежит. Торчать мне здесь долго, успею осмотреть все и всех. Да и вдруг кто-то из офицеров расскажет что-нибудь интересное? И я сейчас не о Матильде.
Глава 4
Кристиан появился тем же вечером. Эвелина открыла дверь и сразу же выпалила, что он, как всегда, не вовремя. Но гость ничуть не устыдился и не ушел. Впрочем, у меня с самого начала не было никаких надежд на благополучный исход.
– Фридерика, я жду благодарности, – заглянув через ее плечо, Кристиан сразу выцепил меня взглядом и больше не обращал внимания на мою соседку.
– Я не ел, не спал, уговаривал Центральную лечебницу взять тебя на практику…
– Может еще не поспишь и уговоришь их и на меня, – предложила Эвелина.
