«Мистер Грэгори Нильсон, сын 3. Нильсона из Найтсбриджа, Лондон, и мисс Эмили Палмер, дочь Э. Палмер, Лондон В-14, сообщают о своей помолвке».
Элен листала «Таймс», и вдруг ей бросилось в глаза это объявление.
Она поперхнулась апельсиновым соком и расплескала стакан. Эмили и Грэг? Что за черт! Просто какая-то дурацкая шутка, этого не может быть!
— В чем дело, Элен? — Человек, сидящий напротив нее, нахмурился.
Намеренно неторопливым движением она сложила газету так, чтобы он не увидел сообщения о помолвке, и белоснежной салфеткой вытерла капли сока с коленки. После чего успокаивающе улыбнулась отцу.
— Ничего особенного, просто сок попал не в то горло, — произнесла она безразличным тоном.
У отца в последнее время было неважно с сердцем, и Элен вовсе не хотела, чтобы он расстраивался из-за нелепой шутки друзей его внучки — сегодня у Эмили день рождения, и ее, видимо, решили разыграть. Отец подобную шутку не сможет оценить по достоинству.
— Какая ты неловкая, Элен!
Он встал из-за стола и начал складывать мокрую скатерть.
Упрек отца рассердил ее.
— Это же просто сок, папа, все отстирается, и скатерть будет как новенькая! — Элен в раздражении повысила голос, но сразу же пожалела о своем тоне.
Объявление в газете потрясло Элен, если не сказать больше. Но все-таки в глубине души она надеялась, что это был чей-то розыгрыш.
Она вздохнула и тоже встала.
— Извини, папа. Мне пора идти. У меня сегодня три свадебные церемонии.
Автоматически, сноровистыми движениями она принялась убирать со стола посуду, оставшуюся после завтрака.
— Оставь, Элен, — проворчал отец. — Я все приберу, когда ты уйдешь.
Она улыбнулась, внутренне укоряя себя за черствый тон.
— Не забудь, дорогой, сегодня мы ужинаем с Эмили, — напомнила она, надевая жакет поверх строгого черного костюма. Легкая блузка стального оттенка с высоким воротником подчеркивала ее серые глаза.
Отец казался несколько обиженным. Не стоило ей, конечно, напоминать ему о предстоящем ужине.
— Да разве я могу забыть о дне рождения своей внучки, о ее восемнадцатилетие! — пробормотал он. Отец никак не мог смириться с тем, что ему стукнуло семьдесят восемь.
Да, мы оба помним, оба, улыбаясь, подумала Элен. Как забудешь о столь знаменательной дате в жизни дочери — восемнадцатилетие! — если Эмили все уши прожужжала об этом событии!
Сегодня они ужинают в узком семейном кругу, втроем, а вот завтра Эмили отпразднует свой день рождения как следует — в ближайшей гостинице, куда приглашены только ее друзья. Этот ужин необходим для того, чтобы престарелый дед не оказался обойденным: ведь он так любит свою внучку. Элен чуть помедлила у двери, чтобы бросить взгляд в зеркало. Это у нее уже вошло в привычку — перед тем как отправиться в свой цветочный магазин, ей надо было убедиться, что она хорошо выглядит.
То, что она увидела в зеркале, вполне ее удовлетворило. Короткая прическа без промелька седины, огромные серые глаза, обрамленные длинными темными ресницами, маленький пикантный носик, чувственный рот, гладкая, чистая, матовая кожа. Все это, вместе взятое, придавало ей вид совсем молоденькой хорошенькой девчонки.
В ее тридцать пять лет ей и в голову не приходило, что она уже достаточно зрелая женщина, имеющая взрослую восемнадцатилетнюю дочь, и что, когда она ее родила, ей было меньше лет, чем той сейчас. Рядом с дочерью Элен с легкостью можно было принять за ее старшую сестру.
— Вечером увидимся! — крикнула она отцу и поспешила закрыть за собой дверь. Теперь ее мысли были целиком направлены на составление букетов они должны выглядеть красиво и элегантно в руках невест. К счастью, псе три сегодняшние свадьбы были назначены сразу после полудня, значит, она может уйти с работы пораньше и основательно подготовиться к праздничному ужину.
Усаживаясь в свой «метро» серебряного цвета, Элен вдруг осознала, что до сих пор держит в руках злополучную газету. Слава Богу, отец не прочтет этот бред, и на том спасибо! Она снова взглянула на объявление. Ошибки не было, с горечью отметила Элен. Эмили и Грэг, именно их имена напечатаны жирным шрифтом. Господи, а видел ли Зак, отец Грэга, это сообщение, вдруг подумалось Элен, он ведь встает очень поздно. Все равно увидит: «Таймс» — его обычное утреннее чтиво.
М-да, плохая шутка или нет, но с этим делом надо немедленно покончить. Ее неуправляемая дочь, без сомнения, закатит сегодня чудесную вечеринку. Вот если бы не Грэг Нильсон, Элен провела бы прекрасный вечер в кругу семьи в ресторанчике, выбранном самой Эмили.
Элен захлопнула дверцу машины и, захватив ненавистную газету, вошла в магазин. Соня, помощница, уже ждала ее, на месте были и две девушки, приходящие по субботам. К счастью, никто из них «Таймс» не читал. Ей и так придется давать своим друзьям объяснения по поводу этого объявления и успокаивать обидевшихся на то, что их не предупредили заранее о столь знаменательном событии.
Девушки занялись составлением букетов, а Элен прошла в свой кабинет.
