Лис посмотрела на угрюмого гнома, сидевшего напротив, и сердце воспламенилось праведным гневом. Полчаса назад он презрительно изучал её, морщил нос и высоко задирал подбородок, но сейчас ей хотелось рассмеяться ему в лицо. Его коренастая и мощная фигура неожиданно превратилась в тщедушный скелет, а злые глаза потеряли блеск и жизнь. Если полчаса назад перед ней сидел павлин, то сейчас он был скорее ощипанным петухом. Ни больше, ни меньше, хуже, чем призрак, поскольку у этого существа был выбор.
Как же всё отвратительно, – подумала она вскользь. – Здесь нет героев. Герои – это чистый миф, – её взгляд упал на Рениана, Арнеса и Миро. Все трое находились в отдалении у витых перил, они о чём-то тихо совещались. Лис отчётливо поняла, что если в комнате и есть разумные существа, то их можно смело пересчитать по пальцам одной руки.
Неожиданно к ней в голову закралась мысль. Безумная мысль. И всё это чистое безумие, как если бы она захотела дать определение своим дальнейшим действиям. Но сказанного не изменишь, как и не повернёшь вспять утраченное время. Что сделано, то сделано и к чему теперь горевать? Когда слова уже слетают с губ.
– Я многого не знаю о вашем мире и многое из того, что было сказано, мне ни о чём не говорит, – неуверенно выбравшись из своего уютного убежища, Лис подошла к Арнесу и Рениану.
Поймав одобрительный взгляд Миро, она продолжила, но уже чуть увереннее.
– Я никогда не слышала историй о Великом Лафрае, я не представляю, как можно заключить силу луны в амулете. Но я точно знаю – нельзя опускать руки и позволять отчаянию завладеть нами. Если есть крошечный луч надежды, то почему мы должны бояться возможных последствий? Сила света состоит из нашей сплочённости, веры и поддержки друг друга. Риск есть всегда, это неотъемлемая часть жизни.
Лис чувствовала на себе тяжёлые взгляды старцев и гномов. Как и знала, что Миро, Арнес, Рениан и Керлей поддерживают её. И вновь собравшись с мыслями, продолжила:
– Господа, неужели перед лицом опасности у вас хватит смелости стать трусами? – язвительно подметила она и хитрым взглядом окинула молчаливо возмущённых существ. – Если быть трусом не страшно, тогда почему все боятся быть храбрыми? Разве жизнь в вечном страхе перед собственной тенью недостаточный повод, чтобы собраться с духом и рискнуть ради того, что вам дорого?
Взгляд Рениана стал решительнее, и он воодушевлённо посмотрел на неё. Лис ещё не знала, как сильно изменилась. В её глазах появилось пламя.
– Я бы лично не смогла, у меня нет такой выдержки, чтобы бояться целую вечность.
На миг в комнате воцарилась оглушительная тишина. Все взоры были направлены на Лис, которая едва удерживалась на ногах от страха. Однако девушка продолжала стоять, ощущая злые взгляды на себе. Она задела их гордыню, хоть и сказала далеко не всё, что думала о них. Бывшие герои не услышали и сотой доли правды о себе. Но и эта кроха подействовала, как удар по лицу. Оскорблённые и угнетённые, старые и злые, все они ненавидели её за смелость. Лис понимала, что от кровавой расплаты её спасают лишь авторитеты друзей. Керлей настороженно наблюдал из своего угла, Миро и Рениан грозно сверкали глазами, внимательно изучая присутствующих. Лишь Арнес дерзко улыбался и смотрел на неё. Так продолжалось не больше минуты, но для Лис это время тянулось немыслимо долго. Казалось, все стрелки часов замерли, бессовестно растягивая момент стыда и сожаления.
Ну почему я не промолчала? – с горечью подумала она. – Хотя почему я должна молчать? Это они трусы и им должно быть стыдно! – её глаза сверкнули огнём. Ощутив приток новой волны ярости, Лис не смогла смолчать:
– И что вы скажете Господа, кто вы: смелые трусы или смелые воины, борющиеся за право быть свободными героями своих народов? У вас есть выбор и вы вправе каждый решить для себя, что делать и кем быть, – быстро выдохнув и сделав глубокий вдох, Лис посмотрела на Арнеса, следящего за ней изумрудно-золотистыми глазами, словно кот. – Я хочу знать, что написано в этой книге и что вы предлагаете сделать, – решающим тоном обратилась она к нему.
– Разумеется, Беллатрис, я расскажу тебе всё, но позже, – его взгляд упал на собравшихся, и он продолжил: – Я приятно удивлён смелостью этой юной девушки, и крайне разочарован в вас Господа. В прошлом вы были воспеты в детских песнях, были героями войн, стали легендами, царями, правителями. И что же случилось с вами сейчас? – иронично укусил Арнес старых вояк, давно позабывших кодекс воинов. – Куда провалились ваши воспетые отвага и честь? В какой далёкой пропасти вы заживо схоронили себя и свой народ? Неужели среди вас больше не осталось никого, кто ещё не потерял рассудок и пойдёт вопреки всем своим страхам в логово врага? Неужели девушка отважнее, чем хвалёные короли и их наследники? – на сей раз тишина колола со всей жестокостью, не щадя никого. Старики опустили глаза и их густые бороды касались пола, как хорошие швабры, молодые же смотрели вглубь круга пустыми глазами.
Казалось, надежда угасла задолго до того, как они пришли сюда и услышали приговор.
