Рубеж полностью

Через пару минут к двери наших апартаментов подошла Базз, но Лукас не успел произнести ни слова из тщательно подготовленной речи. Как только я приказала двери открыться, подруга пролетела через прихожую в гостиную, держа в руке две сумки с одеждой.

– Твои новогодние наряды только что прибыли от дизайнера. Мне нужно, чтобы ты их примерила и убедилась, что они тебе нравятся.

Я изумилась.

– О чем ты говоришь? Мы должны отложить поход за одеждой до назначенной встречи с дизайнером.

– Я заметила, что любая попытка сводить вашу пару за нарядами обречена на провал, – ответила Базз, – и решила использовать совершенно иной подход. Когда я позвонила дизайнеру, которого мы предполагали посетить, он с обидой отнесся к моей идее, поэтому я от него избавилась. Затем попыталась позвонить тому молодому энтузиасту, которого мы встретили на системе лент, и он оказался счастлив сделать все, что пожелает престижный клиент.

– Ты говоришь о том дизайнере, которого мы увидели по дороге за покупками? – спросила я. – Того, который дал тебе карточку?

– Точно, – рассмеялась Базз. – Я думала, он упадет, когда я сказала, что у тебя бриллиантовый доступ. Я послала ему твои мерки с последнего медицинского обследования, твою голограмму в пляжном платье и заказ – сшить праздничный наряд на основе изображения. Результатом я довольна, надеюсь, и тебе понравится.

Базз открыла одну из сумок и помахала передо мной платьем. Оно было тех же цветов, что и мое старое пляжное, но…

– Что ты думаешь? – спросила Базз.

– Оно великолепно, – растерянно ответила я. – Слишком великолепно для меня.

– Оно прекрасно тебе подходит. – Базз вручила вторую сумку Лукасу. – Ты можешь переодеться в книгарне, а мы с Эмбер пойдем в спальню. Встретимся здесь.

Базз увлекла меня в спальню. Через несколько минут я смотрела на себя в зеркало. Платье не только потрясающе выглядело, но и оказалось таким же удобным, как пляжный наряд, вдобавок к нему нашлись синие искусственные цветы в тон для прически.

– Тебе нравится? – спросила Базз.

Я кивнула, совершенно лишившись дара речи.

– Давай покажем Лукасу.

Мы прошли по коридору до гостиной. Лукас уже стоял там, одетый в праздничный костюм, подходящий по цвету к синим краскам моего платья. Я подумала, наряд сидит на нем безупречно, но Лукас взглянул на меня с таким потрясением, что моя самооценка помчалась вниз быстрее экспресс-ленты.

– Эмбер же красивая? – Базз бросила на моего командира-тактика задумчивый взгляд.

– Да, она хорошо выглядит, – неестественным тоном ответил Лукас.

– Теперь я понимаю, почему на подростковом уровне девушки штабелями падали к твоим ногам, – заметила Базз.

– Что? – Лукас уставился на нее. – У меня не было девушек на подростковом уровне.

Базз вздохнула.

– Это был сарказм, Лукас.

Я с уязвленным видом посмотрела на него.

– Тебе явно не понравилось мое платье.

Лукас застонал.

– Дело не в этом. Просто я вновь все запутываю. Прочти меня, Эмбер.

Я связалась с его разумом и увидела слова, выложенные для меня на предвысказанном уровне.

«Ты выглядишь просто потрясающе, Эмбер. А я отреагировал на твой вид слепой паникой. Меня всегда охватывал ноющий страх, что я не смогу удержать интерес такой девушки, как ты 145a05. А сейчас этот страх не просто ноет, а оглушительно вопит».

– О. – Я обдумала прочитанное. – Ты имеешь в виду, что переживаешь один из своих моментов неуверенности, но платье тебе нравится.

«Мне нравится платье. Нравишься ты в этом платье. А больше всего я люблю тебя. Гораздо лучше я мог бы показать свои чувства действиями, а не словами, но присутствие наблюдающей за нами Базз меня ограничивает».

Ниже предвысказанного уровня бегущая мыслительная цепь ярко разгоралась от тревоги.

«…то же самое каждый Новый год. Вновь поднимается старая неуверенность, и я превращаюсь в бездумную кашу, говорю неправильные слова и отталкиваю от себя людей клоунскими поступками. Страх потерять Эмбер лишь ухудшает дело. В итоге я оттолкну ее своим отчаянием, а потом…»

Я взяла его за руки.

– Лукас, не надо волноваться о новогодних праздниках. Все будет хорошо. Помни, я вижу не только слова.

Предвысказанный уровень разума Лукаса рассыпался на кусочки, подавленный пробившейся снизу эмоциональной цепочкой мыслей.