Выживать в Беспределье становилось все сложнее и сложнее. Монстры появлялись чаще, обладали повышенной свирепостью и убивать их стало в разы сложнее. За пару дней заключенные потеряли втрое больше возрождений, чем ранее за месяц. Потому вылазки за пределы огороженных частоколом лагерей сократились в разы. Впрочем, и в самих лагерях скучать было некогда: иногда приходилось трижды за сутки отбивать нападения. Хорошо, хоть ночью монстры почти не проявляли активности.
Лика и еще пять амазонок лишились ошейников сразу после объявления амнистии. Однако покинуть лагерь в тот же день им не удалось. Две женщины после очередной стычки с монстрами залечивали раны, и остальным пришлось их ждать, поскольку выбираться на свободу малой группой было крайне рискованно.
Пока больные выздоравливали, к лагерю подошли еще шестеро мужиков из соседней банды, с которыми амазонки не враждовали. В итоге на выход из Беспределья они все отправились объединенным составом. Командиром назначили Волча из прибывших, а замом — Лику. Оба имели ранг десятника, и оба пока не перешагнули тридцатую ступень развития.
Амазонка раньше уже несколько раз пересекалась с этим заключенным. В отличие от многих, он не вызывал отвращения. И говорил без понтов, и относился к другим, как они к нему.
«Хоть здесь повезло», — подумала Лика, поздоровавшись с прибывшими.
Дальше задерживаться им не имело смысла.
— Предлагаю добраться до магазинчика, а оттуда по подземному переходу сразу в Гринск, — произнес командир, когда отряд покинул лагерь амазонок.
— Не уверена, что это лучший вариант, Волч, — возразила Лика. — Все откинувшиеся наверняка выбрали тот же маршрут. Представляешь, сколько монстров они на себя выманили?
— Так ведь хотя бы половину наверняка прикончили.
— Угу. Оставив их в виде горы пищи для новых. Я бы отправилась немного южнее. Помнишь тропу, где обычно хозяйничали местные хищники?
— Они не менее опасны, Лика. — Волч покачал головой.
— На саму тропу мы соваться не станем. По крайней мере, до тех пор, пока не столкнемся с пришельцами.
Командиры прикрывали тыл отряда и двигались рядом, обсуждая маршрут. До развилки, где следовало поворачивать, оставалось еще десять минут ходу.
— В твоих словах есть резон, — после небольшой паузы согласился командир. — К тому же, я слышал, нашлись подонки, посчитавшие страшной несправедливостью, что они не вошли в число досрочно освобожденных. И эти недовольные устраивают засады на таких, как мы.
— Придурки! А монстров они не боятся?
— Там наверняка уже с мозгами большие проблемы, — согласно кивнул Волч. — Я своих предупредил, чтобы еще и на деревья поглядывали, уроды обычно там, в ветвях, караулят. Сначала подстреливают, обирают до нитки, затем лишают возрождения. Амазонок еще и изнасиловать наверняка попытаются.
— Мог бы и не говорить, — поморщилась Лика.
— Наш отряд немаленький, но все равно каждому надо быть начеку.
— Понятно, тогда своих предупрежу.
Лика подала условный сигнал, и боевые подруги быстро собрались в кружок, чтобы получить новые указания.
— Есть информация: недовольные тем, что амнистировали не их, устраивают засады на деревьях. Подстреливают людей без ошейников и перед тем, как лишить стадии возрождения, отбирают все, что найдут.
— Уроды! — мрачно сплюнула одна из амазонок.
— Наша задача — обнаружить их раньше, чем они нас. Понятно?
Когда все в ответ молча кивнули, Лика объяснила маршрут и приказала двигаться дальше.
В лесах Беспределья после объявления частичной амнистии канонада почти не прекращалась. Свободу обрели около двух сотен заключенных, которые группами или поодиночке старались выбраться к Гринску. Большинство действительно направлялись к магазинчику возле хутора «Три клыка». Освобожденным был нужен не только подземный ход, но и оружейный магазин: расход патронов в последнее время у всех резко увеличился.
Первые два часа пути смешанного отряда особых происшествий не было: локаны не беспокоили, крупные хищники не встречались, а мелкие, оценив численное преимущество людей, просто уходили с дороги. Правда, пару раз бывшие зеки натыкались на одиночных пришельцев, но огнестрел даже использовать не стали. Расстреляли пришельцев болтами из трех имевшихся у бойцов арбалетов, благо, твари оказались не из крупных.
А потом везенье отряда резко закончилось. И причиной задержки стали не пришельцы, и не местное зверье, а двуногие твари.
— Стоять, ***! Брось свою пукалку, ***! — раздался хриплый голос.
Амазонка из передовой группы остановилась почти в центре довольно просторной поляны и аккуратно положила карабин на траву. До ближайшего раскидистого дерева, где скрывался бандит, оставалось около тридцати шагов.
— Сколько вас и где остальные? — вопрос задал кто-то другой, но ни первого, ни второго было не видно, хотя и понятно, на каких деревьях они находятся.
— А ты кто — священник? С чего это я должна тебе исповедоваться?
— А с того, сучка, что иначе тебя ждут не только прелести общения с настоящими мужиками, но и крупные неприятности перед потерей возрождения.
