— Как раз это случилось накануне того дня, когда вы, товарищ полковник, получили в подарок свежепросоленного гольца.
— Уж не из этой ли партии вы подарили мне гольцов, чертовы рыболовы? — удивленно спросил Ботов.
Семенов развел руками:
— Чего не знаю — не знаю, товарищ полковник.
Врач гневно встал:
— Я знаю, чья это работа. Следующий раз эти хвосты по твоей физиономии пройдутся. Это уж слишком! Рыбу уничтожили, перед отъездом в отпуск кирпичи кладут в чемоданы, не себе, конечно, другим. А еще армейская интеллигенция!
Семенов украдкой поглядывал на Ботова, и, когда увидел, что командир засмеялся громко, с присвистом, у него отлегло от сердца.
— С вами хватишь горя, — сквозь смех сказал Ботов к всеобщему удовольствию. Он дружески кивнул доктору и решительно добавил: — Хватит! Всему свое время. Прошу в классы!
Пока бушевала пурга, непосредственная связь с внешним миром была только по радио. Сегодня приземлился транспортный самолет. Тысяча килограммов почты! Ее ждали, о ней думали. После занятий ринулись к алфавитному почтовому ящику, разбирали письма, тут же вскрывала конверты и жадно читали. Лирический час. Тишина. Потом взволнованные разговоры о детях, о женах, о новостях. В грубоватых словах любовь, нежность, тоска. Никто не говорил «моя любимая! Как люблю тебя и скучаю!» Не говорили, но думали и долго будут думать в ночной час.
— Мой разбойник получил «двойку» по алгебре. Мать не знает, что с ним делать. Он не боится ее. Пишет, что все в порядке, но я-то знаю! Жена умеет так отругать меня, что не находишь слов ответить. Попробуй прийти с работы поздно или под «газочком», а вот сын ее в руки забрал. Хитрый парень!
— Мы прожили с ней десять лет. Красивая! Когда-то я здорово ревновал. Вокруг нее хлопцы вились, как петухи.
— А теперь нет, не вьются?
— Пишет, что нет. Когда уезжал — меточку оставил… Узнаю.
— Как не говорите, а женщина умнее нас, грешных, выдержаннее. Я знал ее год. Перед отъездом на этот «курорт» хотел жениться, но она уговорила подождать. И знаете, чем мотивировала свой отказ? Тебе, говорит, спокойней будет на севере. Буду ждать. Найдешь меня такой, какой оставил. Я уехал надутый, но теперь вижу, что она была права. Какие письма пишет!
— Приеду в отпуск, прежде всего схожу в баню с сыном. Я люблю с ним ходить в баню. Потом пивка кружку. Дома ужин, телевизор…
— Что ты сделаешь, когда приедешь, мы знаем. Не болтай!
За нарочитой грубостью не спрячешь истинных чувств. Они в голосе, в глазах, в бессонных ночах. Астахов получил письмо от Федора Михеева. Еще не разорвав конверта, он обратил внимание на штамп и удивился: письмо не оттуда, где работает Федор, а из города, где Фомин и Таня, где они когда-то все вместе учились, росли. Что он там делает? Вскрывая конверт, он чувствовал приближение чего-то нового, необычного. Николай читал, уйдя в себя, уже не слыша ни голосов товарищей, ни их смеха…
