– Потери максимальные будут, когда Советы объявят нам войну и сюда упадет то же, что на Шанхайский порт. Кузены молчат?
– Прислали уж известный вам, ни к чему не обязывающий ответ. Можно понимать как «разгребайте свое дерьмо сами». То есть даже если на нас начнут падать русские бомбы, при заверении Джо, что больше ни к кому претензий нет – могут и не вмешаться. Или вмешаются – когда и если сочтут выгодным для себя.
– Французы уже заявили о своем категорическом нейтралитете.
– Так отпускаем итальянцев или нет? Поскольку это стоит в ультиматуме первым пунктом.
– Ну, если объявить все самоуправством некоей персоны… Бедный Сэм, он был истинным патриотом Британии.
– Все мы смертны. Но думаю, одной его головой не отделаемся.
– Еще кого-нибудь в отставку или с понижением в чине. Плюс официальные извинения Правительства Великобритании. И выплата компенсации пострадавшим. Ну, а итальянцев – можно, согласившись на их возвращение, тянуть время всякими мелкими формальностями?
– И что это нам даст? Отодвинете суд на неделю.
– За неделю многое может произойти. Острота упадет. Публика склонна забывать случившееся вчера. И еще неизвестно, что будет с аналогичным делом у кузенов.
– Эта проклятая девка не успокоится. А будет лить на нас все новые ведра грязи – и ее услышат, черт побери! Помните скандал с доном Кало девять лет назад?
– Найдите писак побойчее, и пусть они раскопают, что она вовсе не святая, а наоборот. Красивая женщина, да еще и актриса – вы верите, что у нее не было любовников? А на официальном уровне – после потребуйте у итальянцев маленькой уступки – чтобы она тоже принесла извинения за все, что сказала в адрес нашей державы. Это не мелочь, джентльмены, если она хоть в чем-то признает себя неправой, это принизит ее образ святой. А то, как пишут из Италии, ее там чуть ли не канонизировать готовы!
– А еще выдвинуть против нее официальное обвинение в Международном уголовном суде. За незаконное вторжение на чужую территорию и соучастие в похищении, а возможно, и убийстве британского гражданина.
– Вы это серьезно? Во-первых, нам совершенно не надо привлекать внимания к личности этого гражданина и тому, что он делал на «Лючии». Во-вторых, как вы представляете ее выдачу нам?
– Ну, если она будет столь опрометчива, что посмеет появиться на нашей территории. Или одного из дружественных нам государств. Если у модного дома, которым она заправляет, есть интересы и контрагенты в Париже. Может быть, это случится через пять, десять лет – но ведь незакрытое дело может лежать долго?
– Я далеко не уверен, что даже в таком вопросе французы пойдут нам навстречу. Они слишком боятся стоящих на границе русско-немецких орд, равно как и своих левых.
– Политическая обстановка может измениться через десять лет.
– А нам надо найти решение сейчас! Что решаем с итальянцами? Повторяю, Москва, Рим и Берлин совместно настаивают на их освобождении – и что без этого шага никаких дальнейших переговоров быть не может! А ее величество интересуется – эту ночь ей снова в бомбоубежище провести?
– Черт с ними, отпускаем! Малыми партиями – чтоб сохранить этот актив для дальнейшего торга. И показав в то же время нашу добрую волю и готовность к сотрудничеству – если отправить их в Рим на «комете», наша казна не слишком разорится? Тем более что это можно организовать в течение суток – зачем доставлять излишнее неудобство ее величеству?
– Тогда я телеграфирую русским, что завтра в полдень итальянцев погрузят в самолет, а к обеду они будут уже в Риме. И новая партия в следующий день. У нас пока не так много реактивных пассажирских лайнеров.
– Вопрос второй – что делать с сэром Мухаммадом? Он отчего-то считает, что это мы отдали его любимого племянника и наследника на заклание. И даже не просит, а требует, чтобы мы теперь любой ценой вытащили его, избавили от петли!
– И мы намерены что-то предпринять?
– А что мы можем сделать – сбросить на Рим десант? Для этого нет ни малейшей возможности. Разве что предложить обмен? Мы отпускаем итальянцев, они – этого Хассана и нашего эмиссара.
– Уже сказано, что жертвы пиратов предметом торга не являются. Будь макаронники одни, можно было бы поторговаться. Но у них дядя Джо за спиной. И мне кажется, что после блистательного провала кузенов в Черном море он совершенно не понимает шуток.
– Так не начнет же он войну прямо сейчас? Из-за каких-то итальяшек.
– А если все-таки начнет?
– Ливийский диктатор – это самая меньшая из проблем. Ему без нас некуда деться, и он это отлично понимает. Гораздо большая проблема, что освобождение Киреинаки придется отложить. Так как если завтра еще и армия, которую мы навербовали этому Мухаммаду, начнет вторжение, и русские вместе с итальянцами раскатают ее в блин – то они будут в своем праве в глазах всего мира и ООН.
– Понимаю, о чем вы беспокоитесь, но думаю, что даже в «Датч Шелл» должны понять, что такое форс-мажор. Или вы уже конкретные сроки и цифры им обещали?
Красноречивое молчание в ответ.
