Тут всеобщее внимание привлек шут, который забавно передразнивал флейтиста. Франческа отвлеклась на другого гостя, а Маргарита, оказавшись в полном одиночестве, набралась смелости выйти на свежий воздух. Вечер действительно выдался удивительным.
В каменной стене, окружающей замок, имелись ниши, из которых открывались великолепные виды на город – один другого живописнее. В них стояли каменные скамьи, чтобы можно было присесть и полюбоваться красотами Рима. Прогуливаясь мимо этих каменных гнезд и наслаждаясь прохладой, Маргарита все никак не могла поверить, что приглашена в подобное место, что сумела не опозорить ни себя, ни Рафаэля и что ей это даже начинает нравиться. Она шла и шла, наслаждаясь ароматной свежестью воздуха, смиряя испуг и тревогу, с которым два часа назад вступила под своды знаменитого замка. Кто знает, может, когда-нибудь эти люди смогут ее принять. Приняли же они любовницу синьора Киджи! В истории Рима происходили и куда более невероятные события.
Спустившись по короткой каменной лестнице, Маргарита оказалась в маленьком внутреннем дворике, облюбованном голубями. Здесь горели свечи, лепетали фонтаны, полыхали в каменных чашах яркие соцветия герани. Она села на скамью, которую поддерживали две каменные львиные головы, и впервые за весь вечер перевела дух. Губы ее изогнула улыбка.
– Спасаетесь бегством, синьора Луги?
Маргарита испуганно повернулась навстречу голосу который словно исходил из сумрака. Оказалось, что он принадлежал ее соседу по столу, Себастьяно Лучиани. Он с улыбкой прислонился к каменной колонне, скрестив руки на груди. У Маргариты быстрее забилось сердце, когда она поняла, что не слышала его шагов за спиной.
Через мгновение он опустился на скамью рядом с ней.
– Если так, то вынужден предупредить, что это вам не удастся. Эти стены нарочно созданы для того, чтобы охранять нас от внешнего мира, равно как и мир от нас.
– Мне просто хотелось подышать свежим воздухом.
– Неудивительно! Все эти любители рубищ и распятий ужасно унылая компания.
Маргарита улыбнулась, не зная, как ответить на шутку.
– Как видите, на мне нет рясы, поэтому со мной вы можете говорить, как и о чем пожелаете.
Откуда он узнал, о чем она думала? Неужели, несмотря на все уроки, она так и осталась открытой книгой? Она знала, что Рафаэль не любит этого молодого человека, но не понимала за что. Он, определенно, был самым общительным из всех гостей, к тому же художником, рядом с которым некогда работал и сам Рафаэль. Наверняка Санти ошибался на его счет. Как-то он говорил ей, что нрав у Себастьяно отвратительный, что он ревнив к чужой славе и что однажды они не на шутку поссорились. Но Себастьяно просто не мог сделать ничего дурного! Да и Рафаэль – он сам это признавал – не имеет никаких доказательств, что именно Лучиани нанял головорезов, изувечивших руку удачливого соперника.
– Если это вас утешит, – продолжил Себастьяно, разглядывая звездную россыпь на черном небе, – то вы выглядите гораздо спокойнее, чем можно было бы ожидать в подобном месте. Я сам, впервые оказавшись в присутствии Его Святейшества, не спал целых два дня.
– Подозреваю, что меня ждет та же участь, – улыбнулась Маргарита.
– Разделить с вами любую участь, синьора Луги, было бы для меня большой удачей.
Маргарита не была уверена в том, что эту двусмысленность можно считать комплиментом. Себастьяно гораздо больше поднаторел в светских беседах, чем она. В тот самый миг, когда она попыталась осмыслить слова Лучиани, их неловкое молчание было прервано неожиданно резким восклицанием;
– Что ты тут с ним делаешь?
Голос был ледяным, а взгляд метал молнии. Вся поза Рафаэля выдавала невероятный гнев. Маргарита, уставшая от опасений сделать что-то неправильно, бросилась оправдываться. Она чувствовала себя глупо и далее отчасти испугалась.
– Ничего! Себастьяно нашел меня здесь и просто проявил любезность!
Рафаэль выгнул бровь.
– Себастьяно? Вот как…
– Прости, любовь моя, но разве ты сам не так его называешь?
– Я не принадлежу к числу незамужних женщин.
– Если бы это от меня зависело, я бы тоже не принадлежала! – выпалила она и тут же пожалела об этом, увидев, как исказилось его лицо. Маргарита знала: он делал все, что в его силах, чтобы получить благословение Его Святейшества. – Рафаэль, прошу тебя, все было безобидно! Он действительно проявил любезность, и только.
– Это странно, учитывая, что он давно уже нелюбезен со мной!
– Ты придаешь слишком много значения мелочам.
Он схватил ее за руку над локтем, и ни один из них не заметил удовлетворенной улыбки Себастьяно.
– Пойдем, – приказал Рафаэль. – Мы уходим.
– Но…
Рафаэль резко развернулся, таким она его еще не видела. Взгляд, которым он наградил соперника, заключал в себе откровенную угрозу.
– Оставь ее в покое, Себастьяно! Не втягивай никого в это дело!
Все еще улыбаясь, Себастьяно пожал плечами.
– Почему?
– Только тронь ее, и, клянусь всем святым, я тебя убью! И мне, в отличие от тебя, не понадобятся наемные головорезы!
– Какие пошлые угрозы! – Себастьяно зевнул, неприглядно обнажив зубы.
– Это не угрозы! Считай это обещанием!
