Рубиновые острова полностью

— И вот он просит привести пред свои очи двоих. — Двоих? — Сначала Стари Атрелан, теперь тебя.

— Я не видела Стари после бала, — заверила я её. Может, мастер перестанет злиться на меня, если поймёт, что я не лезла к Стари. Не то чтобы сильно хотелось.

— Я в курсе. Высший кастелян велел нам пока держать её подальше от остальных всадников. — Значит, не только я знала о совершённом ею предательстве! — Она заменит Саветт Лидрис и станет нашей наречённой невестой Баочана, если Саветт не отыщут.

По крайней мере, мастеру хватило совести изобразить растерянность, когда она сделала это признание. Они посеяли одну девчонку, которую вручили нашему врагу, и теперь, не имея возможности её найти, намеревались поменять на другую. Складывалось впечатление, что юные кастелянки служили разменной монетой Доминиона.

— Вторая невеста-всадница? — Разве не странно, что кандидатки оказывались по совместительству небесными всадницами?

Лицо мастера окаменело. Aга. Я задела какую-то важную струну. Этому должно быть объяснение. Имел ли значение тот факт, что обе эти девочки из моего потока, или это просто совпадение? Mожет, я переутомилась на экзамене, но мой разум настаивал на решении задачки. Кто знает, вдруг я её решу и приближусь к разгадке местонахождения Саветт?

— Ты отправишься на допрос к Тёмному принцу. Я обещала, что приведу тебя в его покои после шестого удара. Времени у нас достаточно, но прежде чем идти, я кое-что скажу. — Она посуровела, и я почувствовала, как живот сжался от страха. Я всегда считала мастера Эльфар другом. Меня беспокоил этот её взгляд. — Я серьёзно отношусь к воспитанию вверенных мне Принятых. И не хочу, чтобы ты во что-то вляпывалась. Не раззадоривай этого принца. Не привлекай больше его внимания. Молчи обо всём, что знаешь, — а для Принятой ты знаешь слишком много. Если выяснится, что ты раскрыла ему нашу тайну, будешь наказана. Поняла?

— Как вы поймёте, кто проболтался, я или Стари? — спросила я. В конце концов, зная её, я была уверена, что она сделает всё возможное, чтобы расположить его к себе, a Стари была осведомлена в таких вещах получше меня.

— Стари Атрелан — высшая кастелянка, верная Доминиону, член семьи, присягнувшей нашему народу. Мне не хотелось этого говорить, но ты вынуждаешь меня, Aмель Лифброт: признаться, мы верим ей куда больше, чем девчонке-простолюдинке, которая хоть и является ровесницей Стари, но никак не связана с нами и с нашим народом. Советую прекратить попытки оклеветать Стари или обелить себя, чтобы тем самым улучшить собственное положение. Если я ещё раз услышу слова, порочащие её, тебя исключат из Школы драконов, а дракона отберут. Теперь тебе всё ясно?

Меня накрыла холодная волна, а затем обдало жаром. Она выполнит свою угрозу. Мастер верила наветам Стари больше, чем моим словам. A теперь лишила меня возможности обрести союзников.

— Да, мастер Эльфар, — прошептала я.

— Не слышу, дитя.

— Да, мастер Эльфар.

— Следуй за мной, — резко бросила она, словно стараясь держать себя в руках, и, стиснув зубы, я поднялась.

Я чувствовала себя ведром, которое опускали на верёвке в колодец. Стены постепенно сжимались, становясь всё выше и выше, а возможность найти друзей упорхнула далеко-далеко. Как выбраться из этой передряги?

Можно сделать так, как они велят.

Раолкан слышал весь наш разговор?

Только твои ответы мастеру. Кажется, сейчас как никогда нужно найти эту девчонку и привести её ко мне.

И что потом?

Потом я покажу тебе один драконий фокус.

В моём сердце вспыхнул крошечный огонёк надежды.

Почему же только огонёк? Разве ты не слышала? Благодаря нам, драконам, запылает всё, что угодно.

Глава пятая

Мне нравилась архитектура Рубиновых островов. Она навевала воспоминания о небольших домашних пастбищах, раскинувшихся от холма к холму. Ряды террас сменял мост, за которым снова шли террасы; все они были обнесены таким количеством столбов истины, что казалось, будто идёшь через густой лес. Одни террасы выходили в сторону воды, окружённые узкими перилами, в то время как другие формировали собой конструкцию в виде сужающейся спирали, на самой вершине которой стояла маленькая пагода.

Мы шли через садовые террасы кастела. Мастер Эльфар, следовавшая впереди, выказывала раздражение и не собиралась, как обычно, терпеливо дожидаться отстающих. Я слишком быстро теряла друзей: то их крали, то они разочаровывались во мне. Это было ужасное чувство.

Большинство обитателей кастела, попадавшихся нам на пути, являлись слугами или стражниками: они вытирали пыль, начищали пол и предметы мебели или несли караул у дверей. Я мельком заметила одного или двух знатных особ в дальнем конце коридора, но мастер быстро поменяла наш маршрут, чтобы не помешать им.