– Сейчас, сейчас. – Я принялся отвязывать ведьму от мясницких крюков. – Их только трое? Никто больше не заявится?
Она только громче всхлипнула, не ответив. Наконец я смог поставить ее на пол и принялся бережно развязывать узлы веревки на тонких израненных запястьях.
– Все, все, тише, все позади…
Сибель трясло крупной дрожью. Слезы, всхлипы, подвывания. Я не любил женские истерики и не придумал ничего лучше, чем сгрести ее в охапку. Сжал в объятиях чуть сильнее, чем следовало бы. Сибель и не пыталась вырываться, наоборот, льнула ко мне, словно пыталась спрятаться от этого страшного мира.
Так мы и стояли посреди жуткой лачуги. Я поглаживал Сибель по спине, шептал незамысловатые успокаивающие слова и отмечал, как постепенно всхлипы становятся тише, как ответно прижимается ко мне дрожащее женское тело. Параллельно вслушивался в окружающий мир – мало ли, сколько в округе таких маньяков-людоедов. Иначе их и не назовешь.
Поверх растрепанного, сползшего набок пучка ее темных волос я осмотрел комнату, улавливая детали, которые заставляли неприязненно морщиться. Все эти коричневые пятна на полу, грязные банки с бордовой жидкостью наталкивали на мысли о крови. Крюки и цепи, свисающие с потолка, набор тесаков, проржавевших пил и узких топориков, развешанных вдоль задней стены, лишь усиливали нехорошие подозрения. А воспоминание о подвешенной Сибель, лезвии возле ее горла и котелке под ним превращали подозрения в уверенность: эти трое – жестокие убийцы. Я присмотрелся к распластанным мужикам, прислушался к ним… Мертвая тишина. Перевел взгляд на свои руки. Мысли о том, что я снова не рассчитал силу чужого тела, в этот раз никаких угрызений совести за собой не притянули.
– Пойдем отсюда, – тихо шепнул я Сибель и, не дожидаясь ответа, мягко подтолкнул к выходу, придерживая за талию. На ходу прихватил со спинки стула чужую куртку.
Лодку мы позаимствовали у покойных хозяев дома. Она была удобнее и новее, чем наше прошлое «корыто».
Подведя лодку к хижине, где мы ночевали, я забрал наши скудные пожитки и взял курс на основное русло реки. Сибель притихла, мяла подол юбки и украдкой бросала на меня странные задумчивые взгляды.
– Они же… Они чуть не разделали меня вместо утки к праздничному столу, – вновь всхлипнула она.
Сибель шмыгнула носом.
– А мне рот заткнули, и все. Ничего не успела. Разве что послать ночной зов… Я же тебя лечила, магию вливала. Так надеялась, что откликнется… Спасибо, Ярро, спасибо тебе.
– Я такая беспомощная… Ярро, если бы не ты…
Пришлось сложить весла, благо плыли по течению, и подсеть на скамью рядом с Сибель. Я обнял ее, а она снова заплакала, уткнувшись мне в грудь.
– Я всего лишь хотела умыться… В порядок себя привести… А еще там корни.
– Корни?
– Водной камелвы. Это для завтрака. Ты ведь ничего не ел.
– То есть обо мне заботилась? – хмыкнул я ей в пучок.
– Силы тебе нужны. После ранения. И вот. Бабушка Лорен говорила, что корни… Полезные они… А еще она говорила про секту «Кровавой луны».
– О-па, а это уже интереснее. Что за секта?
– Магов едят. Думают, что так могут их силу себе забрать. Но это же бред! – Она взглянула на меня так, будто я должен наверняка это знать. – Магия так не работает, не переходит… если съесть.
– Да уж, дикари. – Я положил ладони на ее лицо, мягко стирая слезы. – Но все позади, да?
Она снова шмыгнула и вдруг прошептала:
– Я не могу одна. Так привыкла, чтобы рядом был тот, кто направляет меня, готов подсказать, прийти на помощь, спасти, спрятать от всех бед…
– Э-э-э…
Я растерялся.
– Ты знаешь, я ведь из другого мира, – осторожно начал я, лихорадочно соображая, как бы перевести тему.
– Ну и что?
– Знаешь, у нас все по-другому. Мой мир более прогрессивный…
Сибель настороженно слушала про самолеты, автомобили, компьютеры, интернет. Такие слова она даже запомнить не могла, не то, что представить. Переспрашивала, уточняла и понемногу втягивалась в мой рассказ. А я радовался, что увел разговор с опасной дорожки.
Эльфы запели магическое словоплетение – скрипнули мачты, туго натянулась белоснежная парусина, лебединый корабль полетел вперед, рассекая лазурные волны. Капитан Лаирасул задавал темп заклинаний, направлял корабль по ветру. Я напряженно всматривалась вдаль, где маячила черная точка.
