Гильфанова поджидали в подъезде. Едва Ильдар вошел в лифт, следом втиснулись два молодых амбала, взявшиеся неизвестно откуда. Учитывая их габариты, трюк следовало признать достойным пивной книги рекордов. Но Ильдару было не до восторгов – ни по этому поводу, ни по тому, как ребята, не сделав ни единого угрожающего жеста и ограничившись полудесятком слов, замечательно объяснили собеседнику, что надо молчать, не делать резких движений, слушаться – и тогда все будет хорошо. Спорить в этой ситуации было глупо. Гильфанов и не спорил.
Он послушно вышел на пятом этаже, в сопровождении незваных попутчиков подошел к собственной двери, аккуратно, под их внимательными взглядами, достал ключи и принялся открывать.
Когда мягко щелкнул второй замок, число провожатых удвоилось – с четвертого и шестого этажей подоспела еще одна пара – один такой же, второй нормального сложения – видимо, главный. Он вошел в квартиру последним и аккуратно прикрыл дверь. Потом вместе с одним из амбалов остался при Гильфанове, пристроенном в прихожей – а боевая двойка, вытащив пистолеты, отправилась по комнатам. Пистолеты были без глушителей, что немного успокаивало. Поймав себя на этой мысли, Ильдар удивился и приказал не психовать – сказали же дяди, все будет хорошо. Однако тут же возник новый повод для психоза. Один из быков, осмотрев кухню и ванную с туалетом, вернулся к застывшей в прихожей троице – уже без пистолета. Второй, осматривавший жилые комнаты, как и следовало ожидать, в спальне задержался, вышел со слегка изменившимся лицом и пригласил товарищей ознакомиться с местными достопримечательностями. Из открытой двери спальни доносился неровный храп. Трое остальных бандитов по очереди сходили посмотреть на источник звука и вернулись тоже малость растерянными.
Гильфанов стоял не шелохнувшись возле тумбочки с телефоном. Он давно выучил наизусть благословленный веками интерьер спальни: несколько секций гэдээровской стенки с побитой полировкой, у стенки незастеленный диван, у диван табурет, на табурете пустая бутылка с дешевой водкой (точнее, из-под дешевой водки), граненый стакан и пара тарелок – с хлебными крошками и причудливо скрученными колбасными кожурками. А на диване, уткнувшись лицом в щель между спинкой и сиденьем, храпит плешивый тощий старик в клетчатой рубашке и красных спортивных штанах.
Амбал, вышедший из комнаты последним, оказался самым нетерпеливым.
– Сосед, что ли?– спросил он, небрежно кивая на дверь комнаты.
Гильфанов промолчал.
– Айда его разбудим, – предложил бандит, снова вытаскивая пистолет и показывая, как будет будить. – Он такой вскочит, обосрется… По приколу.
– Уйди оттуда, – сказал Гильфанов.
– Оба-на! – весело воскликнул бандит. – Пацанский базар пошел.
– Радик, тише, – вмешался главный. – Видишь, как все. Папа ваш, Ильдар Саматович?
– Пошли в комнату, – помолчав, сказал Ильдар.
– С удовольствием. Только посмотрим, что у вас есть, чтобы без сюрпризов. Не возражаете?
Один из безымянных бандитов не слишком умело, но тщательно обыскал Гильфанова и передал главному оба сотовых под радиково бормотание вполголоса «Такой папа и такие мобилы крутые».
– Радик, останешься. Только давай без этого, – скомандовал главный и любезно пригласил Гильфанова в его собственную комнату. Грянул телефон, стоявший на тумбочке. Похоже, все вздрогнули одновременно и застыли. Телефон продолжал звонить. Гильфанов поморщился и спросил главного:
– Отвечу, что ли?
– Хорошо. Но не дай бог. Понял?
Гильфанов вздохнул и поднял трубку. К ней с наружной стороны немедленно приник и один из быков.
– Алло, – сказал Гильфанов. – Нет здесь таких. Какой номер набираете? Ну вы даете. Почти весь неправильно набрали. Ничего, все нормально. Удачи.
Он аккуратно положил трубку, амбал успокаивающе кивнул главарю, и все кроме Радика направились в комнату. Там Гильфанов без спросу сел в офисное кресло возле рабочего стола, положил ногу на ногу и немножко покрутился, устраиваясь поудобнее. Быки разошлись в противоположные углы комнаты, а главный остановился у стеллажей и, уставившись в корешки книг, спросил:
– Вы поняли, кто мы, да?
– В общем да. Но если представитесь, будет лучше, – отозвался Ильдар.
– А что, журналист ваш не звонил?
– Мне всегда очень нравилась привычка отвечать вопросом на вопрос.
Бык за спиной хмыкнул. Гильфанов не оглянулся, разглядывая главного. Тот отвернулся от стеллажей, неприятно посмотрел на Ильдара и посоветовал:
– Буреть не надо. Мы же по-хорошему пока.
– «Пока» – это мне нравится, – сказал Гильфанов и без особой суеты добавил: – Журналист мне звонил. Очень испуганный. Сказал, приходили от Расуля. То есть я должен понять, что вы тоже от Расуля?
– Да, мы от Наиля Фатыховича. Меня зовут Айдар, еще иногда Дарон называют. Не слыхали такого?
Гильфанов слегка пожал плечами.
– Настоящий полковник, – отметил бык у двери.
– Точно, – согласился Дарон. – Феникс Дзержинский.
