Выдержать заданный инструктором темп Марина не смогла и отстала. Она остановилась отдышаться и посмотрела вверх, где сквозь пелену снега едва просматривались несколько силуэтов.
— Толя подожди, люди отстали, — закричала Марина, но ей уже никто не ответил: Толик растворился в белой дымке. Следы его кроссовок усилено заметала пурга.
— Толя, — кричала девушка, пытаясь догнать инструктора.
Вдруг нога соскользнула, застряла между скальных выступов, кость хрустнула, Марина вскрикнула, упала и покатилась вниз по заснеженному склону, врезаясь в попутные камни. Удар, еще удар, девушка перестала сопротивляться и безжизненно сползла в ручей.
Снег перешел в дождь и, несмотря на водонепроницаемый, согласно рекламе, костюм, Толик был мокрый до нитки.
— Открывай, закричал он, барабаня кулаком в дверь автобуса.
— Прибежали! Молодцы, — сказал седовласый Вано, — запуская Толика внутрь и заводя двигатель.
— А остальные где? — поинтересовался водитель, увидев, что Толик прибежал один.
— Бегут, — бросил Толик, доставая с сиденья рюкзак и переодеваясь.
Вано сощурил свои дальнозоркие глаза, и всмотрелся ястребиным взором вглубь посеревшего от дождя ущелья.
Как он не напрягался, никого разглядеть не смог.
— Пойду, посмотрю, — сказал он, доставая перкалевый плащ.
Ливень практически полностью скрывал тропу из вида. Вано отлично знал эти места. Сюда он ходил еще ребенком с дедом пасти овец и помнил эти тропы так хорошо, что казалось, мог передвигаться слепым. Дождь заливал лицо. Он шел так быстро, что частое дыхание стало приказывать сбавить темп, но Вано, не слушался и спешно шагал вверх. Глаза всматривались в сизую пелену, но людей видно не было. Под ногами ручьем текла вода, порывы ветра сбивали с ног. «Стихия разбушевалась», — тяжело вздыхал водитель, выбирая удобные площадки для стоп.
Вдруг его ястребиный взор что-то заметил вдалеке. Он остановился и присмотрелся. Навстречу бежал человек.
— Это твои туристы на перевале? — закричал мужчина, завидев его. Мы с сыном гнали овец, смотрим — люди бегут.
— Где они? — спросил Вано, снова всматриваясь вдаль.
— Младший с ними идет, они совсем промокли, что же ты их одних бросил, — пожурил его пастух.
На горизонте появились одинокие силуэты.
— Сколько вас человек? — спросил Вано, когда все подошли.
Туристы переглядывались, не зная, что ответить.
Вано насчитал двенадцать.
— А где остальные?
— Там остались, — ответили ему несколько голосов.
Вано покачал головой и повел туристов в автобус.
***
— База, база, я Ушба. Нахожусь на перевале. Здесь группа туристов-пляжников без инструктора, одиннадцать человек из них пятеро детей. Одеты легко, у многих обморожения. Как слышите меня. Прием.
Рация гудела, но база молчала.
— База, база, я Ушба, — снова повторил Виктор.
— Витя слышу тебя, давай подробно как у вас с погодой, что за туристы. Они могут двигаться самостоятельно?
— Погода дрянь: холодно, метет, видимость метров десять. Мы отдали детям пуховки. Но обувь у всех пляжная, двигаться по леднику самостоятельно не смогут. Сан Саныч, что нам делать? Есть еще группы рядом? Мы вдвоем не справимся.
Рация снова затрещала в тревожном молчании. Слышно было, как начспас связывается с другими группами.
— Ушба, я База, — наконец прозвучало в эфире, — к вам идет четверка Иванова, снял их с маршрута, попробуйте спуститься к леднику своими силами, они вас там встретят. Рацию не выключай. Снизу вышлю отряд спасателей.
Легко сказать — своими силами. Витя осмотрел туристов. Двое детишек были совсем маленькими — лет пяти-шести. Их можно тащить на себе. А остальные? Четыре женщины, два пенсионера и трое подростков — с ними что делать? Да еще эта девица, которую они оставили в пещере. Витя был озадачен проблемой, которую совершенно не планировал решать.
Пока он размышлял, Серега принес из пещеры рюкзаки. Они посадили самых маленьких себе на спину, под рюкзак, накрыли их пуховками и попытались заставить людей двигаться вниз.
Туристы практически ни на что не реагировали: валились с ног, плохо соображали. Сказывалось переохлаждение.
С трудом ребятам удалось заставить группу спускаться за Сергеем вниз. Видимости не было почти никакой. Спасало только то, что тропа была хожена-перехожена и ноги сами находили правильный путь. Мальчишка у Витьки за спиной совсем затих.
— Как тебя зовут? — спросил его Виктор, дергая за ногу, которую засунул в рукав пуховки.
— Килюша, — чуть слышно ответил мальчишка.
— Кирюша, давай ты будешь мне читать стихи, ладно? — попросил Витя.
— Не ладно, — ответил Кирилл.
— Почему? — удивился Витя.
— Не хочу, — аргументировал ребенок.
— А что ты хочешь?
— Спать.
— Спать не нужно, расскажи мне, — Витя напрягся, пытаясь вспомнить себя в этом возрасте, и понять, что может Кирилла заинтересовать.
— Не хочу, — снова возразил Кирилл.
— А шоколадку хочешь?
Мальчик молчал.
— Кирюша, хочешь шоколадку? — повторил вопрос Виктор?
— Хочу, — тихо сознался мальчик.
— Расскажи мне что-нибудь, и я дам шоколадку.
— Не дашь, — возразил мальчик.
— Почему?
— Нет у тебя.
Витя остановился и вытащил завернутые в фольгу дольки.
Кирилл забрал шоколад и зашуршал фольгой.
