Увы, огонь не пробил сплошную стену упыриных тел, не достал, куда потребно. Колыхнувшийся белесый вал, правда, вспыхнул. Потрескался, развалился. Из передних рядов пламя перекинулось на задние, заплясало в лужах черной крови, лизнуло порубленные тела. И все же, огонь продвигался в глубь галереи слишком медленно. И слишком мало его все же было.
А алхимическая лаборатория извергала новых упырей. Нечисть все напирала и напирала сзади, и, будто живой гигантской кочергой, сдвигала, оттесняла разгорающийся костер. Выпихивала, выдавливала его на трех человек в противоположном конце галереи.
Несколько горящих фигур выбежали вперед – подвывая, размахивая руками – словно языческие духи огня. Напали… Попытались напасть.
Всеволод отлип от стены, вновь пустил в ход мечи. В несколько взмахов остановил объятых племенем тварей. Разбрызгал по стенам черную кровь и жидкое пламя.
И вновь – шагнул к стене. Подальше от дымящегося горлышка бронзового сифона. С пути новой струи.
Клинки в руках – горели. По серебрёной стали растекались капли огненной смеси. В горле першило. Дышать становилось все труднее.
Липкое дымное пламя жадно пожирало упыриную кровь и плоть. Тяжелый смрад расплывался по подземелью, заполняя галерею. Не задохнуться бы самим прежде времени!
– Жги! – скомандовал Всеволод. – Еще раз! Выше бери! По лаборатории цель!
Там ведь начинается зажигательная дорожка Томаса.
Бранко не зевал. И понял все верно.
Сифон выплюнул вторую порцию жидкого пламени. На этот раз струя огня прыснула поверх безволосых упыриных голов. Прошла широкой дугой, чиркнув по арочному потолку и оросив жгучим дождем шишковатые черепа. И – достала-таки. С упругим стуком ударила по распахнутой двери лаборатории. Полыхнула пламенным росчерком подле дверного проема. Ожгла толпившихся на пороге тварей. Косо мазанула по стене, яркими потеками заструилась вниз.
А вот теперь горящие фигуры заметались там, сзади, у огненной дорожки, что вела к склепу.
Дорожка занялась. Потухла было, притоптанная…
Но нет, греческий огонь тевтонских алхимиков так просто не затопчешь!
…И – полыхнула опять. С новой силой.
Самого змеящегося по полу огня из-за упырей, забивших галерею, видно не было. Но багровые отблески, отбрасываемые на стены и потолок свидетельствовали: пламя ползет, пламя неумолимо продвигается к нише, ведущей в склеп. А в нише той… Горючая смесь, громовой порошок…
Дымящимися еще мечами, Всеволод отмахнулся от пары сунувшихся было вперед упырей и…
– Бежим!
Дважды повторять не пришлось. Бранко и Томас, опрокинув бронзовый сифон в пылающие потеки, что остались на полу после двух огненных плевков, уже уносили ноги. Всеволод бросился вдогонку. Оставаться одному в подземельях чужой крепости, где вот-вот разверзнется ад, ему хотелось меньше всего.
Сзади грохнуло. Яркая вспышка озарила галерею.
Но – слишком рано.
И – слишком слабо.
Всеволод оглянулся у поворота. Вот в чем дело!
Взорвался сифон. И весьма кстати, между прочим. Огненные росплески преградили дорогу ринувшимся в погоню упырям.
Но то ли еще будет!
Ага, а вот и решетка, о которой упоминал Берн-гард! Ржавая железная дверь из кованых прутьев в сужающемся проходе. Судя по всему, ею не пользовались уже давненько. Бранко, навалившись всем телом, пытался закрыть неподатливую скрипучую решетку. Томас возился со связкой ключей, судорожно подбирая подходящий.
– Бросьте! – Всеволод оттолкнул обоих. – Нет времени! Сейчас рванет… полыхнет…
С ним не спорили. Его послушались…
Дальше бежали, не оглядываясь и не задерживаясь. Желтое пятно факельного света прыгало по темным стенам и сводам. Всеволод следовал за саксом и волохом, прекрасно ориентировавшимися в древних катакомбах и выбиравшими самый краткий путь наверх.
Главные галереи, боковые ходы-ответвления, лестницы, открытые и закрытые двери, темные ниши, порубленные умрунами упыри и лужи черной крови под ногами – все мелькало перед глазами, все оставалось позади.
Усталость? Прочь! Тяжесть доспехов? Не обращать внимания! Сознание почти ничего не фиксировало. Другая была сейчас задача. Все естество Всеволода словно обратилось в ноги. И ноги работали сами по себе. Бездумно, как во сне, как в колдовском трансе.
Наверное, никогда прежде он так не бегал. Даже на изматывающих тренировках в родной Стороже, когда старец Олекса безжалостно, до седьмого пота, гонял ратников в полном боевом облачении по топким болотам. Жилистый волох и немолодой уже Томас, впрочем, тоже неслись с завидной прытью.
Потому как было от чего.
И все же их настигло. Едва не настигло…
Громыхнуло так, будто они и не убегали никуда. Будто по-прежнему стояли подле склепа.
Гигантскими качелями вдруг дернулся пол. Туда-сюда.
И – поток сухого горячего воздуха в спину.
И – стремительно приближающийся гу-у-ул…
– Сюда!
Томас первым свернул из просторной галереи в узкую щель небольшого, извилистого хода. Следом туда же юркнул Бранко с факелом. Всеволода волох буквально втянул за собой. Все трое, не сговариваясь, распластались по полу.
