Демьяна против царского величества не подговаривал и не
подговариваю>.
Дорошенко, между прочим, просил передать царю его чело-
битие, чтоб царь не верил людям, распускающим про Дорошенка
клеветы, приказал бы Демьяну быть с ним в дружбе, не мешать
ему, Дорошенку, пользоваться купленными мельницами на
Днепре под Чигирином и позволять приезжать в Киев богомольцам с
правой стороны Днепра. <Пусть государь, - присовокупил
Дорошенко, - изволит только прислать мне указ; я Стеньку Разина
к его царскому величеству в подданство и послушание наговорю
и приворочу!>
Гетман дал ему письмо, адресованное к царю. Архиепископ
Манассия из Чигирина поехал в Канев и там увиделся с
митрополитом Тукальским. Этот архиерей показался ему совершенно
одинаковых мыслей с гетманом. Сначала митрополит хотел было
на время удержать архиепископа и говорил: <пошлем вместе гонца
к государю; когда государь изволит нас принять под свою
государ скую высбкую руку, тогда и я поеду с тобою в Москву>.
Однако, митрополит вскоре передумал и отпустил архиепископа
одного с его причетом, поручивши ему передать на словах то же, что-Дорошенко. <Писать не смею, - говорил он, - прежние мои
письма, что я посылал в Москву, объявились у поляков>.
В письме, которое Манассия привез в Москву от Дорошенка, гетман уверял, что он, <как соборной православной церкви уд и
благожелатель всему православному христианству, хочет иметь
православного царя за главу себе>, просил не поставить ему в
грех того, что он принял от турского султана санджаки (знаки
власти). <Я сделал это, - выражался Дорошенко, - щадя целость
всей Украины, защищая от разорения церкви божий и отводя от
людей пагубу. Иногда делаю такое, чего и сам не хочу: еслиб
мы не приняли знаков турецких, то пришлось бы нам творить
брань с сильными бусурманами, живущими близко нас, а на это
мы немощны>. <Да будет известно вам, православный милостивый
царь, что сей российский народ, над которым я старшинствую, не хочет носить ига, которое возлагает на него Речь-Посполитая: не допускают поляки Войску Запорожскому и народу российскому
иметь тех вольностей, о которых через послов своих я просил. И
вот по такой причине наш народ прилепляется к братству с
соседствующими бусурманами в надежде своего спасения! Я не был
врагом пресветлого величества и во вся дни живота не изменю к
7 Заказ 785 193
вашему величеству желательства, и если ты, великий царь, православный христианский монарх, меня своим царским словом
обнадежишь, где бы я мог главу свою преклонить, то я готов буду
не токмо здоровье свое излиять, но и душу положить за
православную христианскую веру и за целость православного
христианского народа>.
Вслед затем и Демьян Игнатович в письме к царю указывал на
то, что Дндрусовский договор заключал в себе условия
нескончаемых несогласий. Этот договор не только раздражал Дорошенка, оставивши его с козаками в подданстве Польше, но, переделив на две
половины Украину, которая прежде была едина, сделался теперь
источником всядсого рода споров о владениях. У многих из тех, которые
достались теперь под державу русскую, были прежде еще владения
на правом берегу, отнесенному по договору к Польше, и наоборот.
Дорошенко гетман - на левой стороне, начавши от Кременчуга чуть
не по самый Киев, владел землями и отбирал на себя доходы.
Королевские старосты овладели на той же стороне селами и угодьями, принадлежавшими издавна городу Любечу, расположенному на
левом берегу Днепра и доставшемуся по разделу России. Река Сож, впадающая в Днепр, сделана границею по Андрусовскому договору, но старосты Речи Посполитой присваивают себе места по сю
сторону Сожи. Об этом обо всем представлял царю Многогрешный.
Поляки с своей стороны жаловались, что сотник Седневский с
воинскими людьми переходил на другой берег Сожи и закладывал новый
рубеж. Демьян на вопросы, сделанные ему из Москвы по этому
поводу, оправдывал сотника и указывал, что, напротив, польские
подданные делают русским подданным беспрестанные оскорбления и
нарушают Андрусовский договор: грабят у себя киевских и
черниговских купцов, ездящих к ним по торговым делам, смущают
малороссиян рассказами, будто царь скоро всю Украину левой стороны
Днепра Польше отдаст, а слушающие такие рассказы, приехавши
домой, пересказывают о том у себя и оттого происходит всенародное
смятение. Главное же нарушение договора со стороны ляхов, по
указанию Демьяна, состояло в том, что они продолжают преследовать
у себя православную веру, в последнее время в Полонном и в
Витебске обратили православные церкви в унию, хотели то же сделать в
Могилеве, но поспольство не допустило.
На такие представления гетмана Многогрешного последовал
уклончивый ответ, именно было сказано, что обо всех обидах и
недоумениях будет писано в Польшу надлежащим путем, а
настоящим владельцам спорных угодий следует удерживать за собою
свои владения по-прежнему, пока не устроится размежевание
рубежей, о чем в свое время гетману дан будет указ.
Объявивши себя решительно врагом Польши, Дорошенко
призывал крымского хана, как данника Турции, с тем, чтобы взять
194
Белую-Церковь, где сидел гарнизон Речи Посполитой, состоявший
