– И Вы хотите сказать, что Пятиваткин не использует спектакль, чтобы всех девчонок перещупать? Он всё время за задницу хватает, Машку за грудь лапает. Когда мы остаёмся одни, она жалуется на синяки и другие девчонки недовольны.
– Давай по порядку, – Василий принялся загибать пальцы, – первое – не ваш режиссёр утверждает репертуар, второе – что-то я сегодня не заметил недовольства среди актрис, наоборот, они сами предлагали прозрачные трусики или минибикини…
– Во-первых, – перебила журналиста, не дослушав, школьница в очках, – Пятиваткин сын замдиректора школы и сам выбрал пьесу, никого не спрашивая…
– Но когда он при полном зале на сцене станет всех за попу хватать, то по голове получит тот самый замдиректора. Причём получит больнее всех.
– Во-вторых, девочки боятся говорить ему в глаза, а когда его нет, то всегда жалуются.
– И третье, – Потаскушкин демонстративно загнул третий палец, – женщины всегда будут жаловаться на мужское внимание в любой его форме, просто потому, что не хотят выглядеть потаскухами. Если бы твоих подруг по сцене не устраивали щипки за попу и грудь, то они бы отказались от этого спектакля, временно заболев, или, например, готовясь к важной контрольной по математике. Тебя как зовут?
– Катя.
– Ты зачем предлагала в купальниках играть?
– Я думала, они возмущаться начнут, или хотя бы прикалываться.
– А тебе в голову не приходила мысль, что большинство ваших актрис желает, чтобы именно режиссёр хватал их за попу, дабы продвинуться по театральной лестнице? Этакий детский вариант попадания на главную роль «через постель».
– Приходила, – кивнула головой Катя, – а Вы зачем со своим драйвом вылезли?
– Это провокация. Если он сделает спектакль ещё более развратным, то любому зрителю станет очевиден абсурд режиссёрской работы. И тогда всколыхнётся общественное мнение, и Олежке мало не покажется. И вот в этот момент выяснится, что некий журналист уже подготовил обличительную статью, и засандалил Пятиваткину серпом по… – Василий запнулся и замолчал, смутившись.
– Но ведь это неправильно, – удивилась Катя.
– Что именно? – осторожно поинтересовался Василий, размышляя о состоянии яичек Пятиваткина.
– Газета должна не добивать упавшего, а изобличать оступившегося, – к огромному удивлению журналиста выдала школьница в очках.
– Жизнь сложна, – невнятно пробормотал Василий, – так сразу и не поймёшь.
– Что вы хотите сказать?
– По сути, весь мир делится на самцов и самок, и каким образом они доползают или добегают до секса, это личное дело каждого человека. Всякая дорога к сексу уникальна.
– Вы говорите так, как будто у Вас гигантский постельный опыт. Некрасиво этим хвастаться. Не по-мужски.
– Жизнь сложна, – рассмеялся Василий, – так сразу и не поймёшь.
– А сейчас что не в тему?
– Я много размышлял о сексе именно потому, что у меня его никогда не было, – торжественным тоном сообщил Потаскушкин, – я никогда не прижимал к себе девушку с мыслями об интиме. Никогда!
– Я Вам не верю, – красивые Катины бровки высоко вздыбились, – почему? Как такое возможно?
– Из-за моей фамилии.
– И какая же у Вас фамилия?
– Потаскушкин.
– Как?! – школьница в очках расхохоталась, – Но ведь это же круто! Екатерина Потаскушкина!
– Что круто? – еле выдавил Потаскушкин, внезапно осознав, что он в этой жизни чего-то недопонял.
– У меня есть соседка, – сквозь хохот стала рассказывать Катя, – по фамилии Дуракова, так её через каждые два-три месяца на симпозиумы приглашают. Она является ведущим специалистом в термоядерной физике.
– И при чём тут фамилия?
– Она сама мне рассказывала, – отдышавшись, продолжила Екатерина, – если бы не её фамилия, она бы никогда не пошла в науку. Это её девичья фамилия и она всю жизнь толкает её на научные подвиги.
– Это её личное решение.
– Правильно, – радостно кивнула головой школьница в очках, – а кто Вам сказал, что Екатерина Потаскушкина будет шляться по мужикам?
– Ты не боишься, что над тобой будут смеяться?
– Кто? – Катино лицо стало очень серьёзным, – Фамилия Потаскушкина изначально будет бесить всех баб, и как только какая-нибудь шалава откроет рот, то её смело можно будет обвинить в чёрной зависти к тому мужскому вниманию, которое в избытке прольётся на голову Вашей супруге.
– А так как мужики, – ошарашенный догадкой и тем, что она пришла в голову не ему, обладателю фамилии, а девочке-подростку, впервые услышавшей эту фамилии, продолжил Василий, – будут бездумно реагировать на слово «потаскуха», то и всё внимание в первую очередь будут уделять женщине с такой редкой фамилией.
– То есть, шикарная фамилия «Потаскушкина», – Катя прищёлкнула пальцами, – одновременно обеспечивает и внимание мужиков, и раздражение прочих женщин. Идеально!
– А ты молодец, – удивлённо пробормотал Василий.
– Кстати, «с мыслями об интиме», – с этими словами школьница в очках стремительно подошла к молодому человеку и крепко прижалась к его груди, – Ваше первое прижимание девушки.
– Да, но… – Потаскушкин растерялся и положил правую руку на левое Катино плечо.
