Рука Короля Солнца [litres] полностью

Когда Голос Золотой-Зяблик уединился, чтобы предаться скорби, Рука-Вестник стал исполнять обязанности губернатора. Он посылал ко мне курьеров с документами и бухгалтерскими книгами из своего Кабинета Торговли и выдавал инструкции – я должен был обращать его внимание на все необычное и важное, требовавшее его вмешательства. Я выполнял эту работу с максимальным старанием, получая особое удовольствие, когда мне удавалось отыскать какой-то недостаток в политике торговли, и мог проводить часы, отвлекаясь от скорби, пока сочинял аргументы и делал заметки в поддержку предложенных перемен.

Но скорбь неизменно возвращалась – в тот самый момент, когда я откладывал в сторону кисточки.

Мои занятия магией не возобновились. Я не знал, вернется ли к обучению Рука-Вестник и хотел ли я сам его продолжать. Волшебство не смогло спасти Иволгу. На самом деле каждый шаг, который, как я думал, должен был привести меня к могуществу и мастерству – мои отметки ведьмы и тетраграмма, – только больше ограничивал меня. Лишь Имперская Академия, где я мог продолжать удовлетворять свое любопытство, обещала истинное понимание магии.

Но для того чтобы туда попасть, мне предстояло показать себя с самой лучшей стороны в должности Руки императора, оружием в бессмысленных войнах, вроде той, что стоила Иволге жизни.

Бо́льшую часть осени и зимы после Железного города я провел в одиночестве в беседке, рядом с могилой Иволги, посвящая все свое свободное время чтению мистических романов, которые он так любил. Зима уже близилась к концу, нежные белые цветы с красными и желтыми пятнышками усыпали сливу над могилой моего друга.

Все остальное увяло и должно было расцвести снова, когда Рука-Вестник наконец навестил меня в беседке. Мы мало виделись после Железного города, и та рана, что возникла между нами, продолжала гноиться. Он пришел ко мне с кувшином чая из жасмина и наполнил две чашки.

– Ты хорошо поработал в последние несколько месяцев, – сказал он, протягивая мне чашку. – Как я уже говорил, у тебя есть способности к экономике.

Я отложил в сторону книгу, но не взял предложенную им чашку. Он поставил ее на стол и сложил руки.

– Мы с Голосом Золотой-Зяблик обсуждали твою ситуацию и искали совета у императора, – сказал он. – И все вместе мы решили, что тебе следует завершить изучение магии за пределами Найэна.

Я почувствовал тревогу, когда услышал, что Вестник и Голос Золотой-Зяблик, воспользовавшись каноном передачи, привлекли внимание императора к моей неудаче и обсуждали мою судьбу через лиги, разделявшие Найэн и Северную столицу. И приняли решение назначить меня на другую должность. Вступился ли Рука-Вестник за своего ученика? Еще больше я беспокоился о том, останется ли Академия открытой для Руки, наставник которого от него отказался? Наверное, я должен был радоваться, что он не отрубил мне левую руку в наказание за неудачу.

– И куда вы меня отправите? – спросил я.

В ответ он достал из кармана своего одеяния три маленькие книги. Одна была переплетена в кожу, а на корешке я увидел диковинные линейные письмена, которые не узнал. Вторая, самая обычная, в матерчатой обложке, озаглавленная «Торговый язык Ан-Забата: учебник». Третьей оказалась потрепанная книжка из деревянных табличек с названием «Фольклор и легенды Пустынь Батир», набранным архаическими логограммами.

– Скоро освободится должность министра торговли в городе Ан-Забат, который находится на западной границе империи, – сказал Вестник, пока я рассматривал книги.

– И вы назначите меня министром? – спросил я, отрываясь от учебника. – Я всего лишь ученик. Мне известны лишь два канона магии, и…

– В последние два месяца ты трижды нашел недостатки в работе министерства торговли Найэна, а новая политика, которую ты предложил, была одобрена, принята к исполнению и оказалась успешной, – перебил меня Вестник. – Твое обучение канону будет продолжаться в Ан-Забате, под руководством живущего там Руки. Ан-Забат находится в центре торговли Запада и является источником необычных знаний об иноземных науках. Это место вызовет у тебя огромный интерес.

– Вестник, я… Ведь это не наказание за мою неудачу в Железном городе?

Его лицо смягчилось – я никогда не видел его таким прежде.

– В мире существует много путей, по которым может пройти Рука императора, – сказал он. – Нас по-разному используют в реализации великих замыслов империи. Война лишь один из них. Ты сделал первые шаги по двум таким направлениям – командование армией и бюрократический министерский путь. Мы пришли к единому мнению в том, что ты больше подходишь для второй роли.

– Я подумал, что Голос хочет отослать меня подальше, – сказал я, и часть моих тревог стала отступать. – После того, что произошло в Железном городе. И с его сыном.

Вестник рассмеялся.

– Возможно, он согласился с моим предложением именно по этой причине, но должность в Ан-Забате была моей идеей, а не Голоса. Она – лучший следующий шаг на твоем пути к Академии. Если ты хорошо себя проявишь, то привлечешь внимание императора и заслужишь место, которого желаешь.