– Мистер Эскотт. Мой адвокат.
– Понимаю. Выдав тебе вознаграждение, твой адвокат объяснил тебе, что следует говорить, когда тебя доставят сюда?
– Нет, сэр.
– Может, кто-нибудь другой советовал тебе, что говорить?
– Да, сэр.
– И что тебе посоветовали говорить?
– Правду.
Диллон, не выдержав, вмешался в беседу:
– Ой, да ладно вам, Бейкер! Хватит переливать из пустого в порожнее. У нас предостаточно свидетелей: отцы, матери и директор школы…
– Благодарю, но я как-нибудь сам справлюсь. – Бейкер продолжил пытать Джимми: – И что конкретно ты нашел?
– Коробку с пантронами.
– Ну а где ты их нашел?
– В сумочке мисс Бранд. Мы с Эриком сидели в раздевалке, и я шепнул ему…
Рассказ Джимми занял больше часа. Эд Бейкер допрашивал по очереди то одного, то другого мальчика, выпытывая у них мельчайшие детали эпизода с патронами, после чего снова заводил свою волынку. Он с неменьшей дотошностью допросил Джеймса Арчера-старшего, затем начал выяснять у Джимми подробности его посещения конторы «Эскотт, Броуди и Диллон» и капитуляции при виде серебряных долларов. Пока Диллон нетерпеливо мерил шагами комнату, окружной прокурор продолжил бы в поте лица копать и дальше, если бы его не прервал шериф, говоривший с кем-то по телефону.
– Это Фрэнк Фелан, – произнес шериф, прикрывая рукой микрофон. – Говорит, у него есть нечто важное. Он едет сюда и хочет, чтобы ты был на месте.
– Я и так на месте! Передай ему, чтобы шел прямо сюда! – раздраженно отозвался Бейкер и снова вернулся к Джимми.
Спустя пять минут окружной прокурор, похоже, узнал все, что хотел узнать. Град вопросов прекратился. Прокурор с секунду смотрел на мальчика и, повернувшись к Диллону, ворчливо произнес:
– Вы сказали, что у вас есть доказательства. Они у вас действительно есть. Мои поздравления. Но по-моему, вам следовало в первую очередь представить их стороне защиты. Советую не откладывать дело в долгий ящик.
– Не откладывать дело… Но зачем? Чего вам еще не хватает? Вы хотите сказать, что у вас хватит наглости удерживать… – Голос Диллона, постепенно набирая силу, перешел в негодующий вопль.
– Остыньте, Диллон! Включите голову. При чем здесь наглость? Я согласен, что вы нарыли доказательства, которых достаточно для того, чтобы Харви Энсон имел возможность попытаться оспорить в суде законность ареста. Вот тогда-то я и посмотрю, стоит стороне обвинения вступать в борьбу или нет. Мне необходимо подумать. Ведь против Делии Бранд по-прежнему существует «перевес доказательств», и будь вы на моем месте, то поступили бы точно так же.
– Неужели вам этого мало, черт побери?! Ведь наличие коробки с патронами доказывает, что она не могла…
– Наличие коробки доказывает только одну вещь. Что если она убила Джексона, то обошлась без тех патронов, которые ей продали в магазине Макгрегора во вторник утром. Согласен, это уже кое-что. И от меня зависит… Ну что еще там такое?
Дверь распахнулась. Послышался топот множества ног. И в кабинет ввалилась целая толпа народу. Впереди шествовал Лем Саммис, а за ним в порядке очередности: Куинби Пеллетт, полицейский в форме, какой-то высокий тощий кудрявый блондин в рубашке поло и полосатых слаксах, шеф полиции Фелан и еще один полицейский в форме. Процессию замыкал, как всегда, экономя силы, Харви Энсон.
Преподобный Руфус Тоала незаметно покинул свое место и встал у стены. Джеймс Арчер-старший согнал мальчишек со стульев. Однако вновь прибывшие, казалось, не искали покоя, а, наоборот, жаждали активных действий и поэтому остались стоять. Лем Саммис грозно глянул на Эда Бейкера:
– Посмотрим, как тебе это понравится! Так, по-твоему, Куин Пеллетт все наврал, да? Эд, если повернешься ко мне спиной, пеняй на себя.
Тем временем Фелан подошел к шерифу сообщить, что он, пожалуй, пойдет, так как здесь и без него яблоку негде упасть. Но тут Харви Энсон протиснулся к окружному прокурору и тонким голосом, экономя дыхание, потребовал внимания присутствующих:
– Послушайте, Бейкер, я мог бы обратиться к судье Хамильтону, но предпочитаю решить вопрос полюбовно. В неформальной обстановке. Хочу, так сказать, оказать вам любезность. У нас есть свидетель, которого вы должны выслушать.
Бейкер недовольно выпятил нижнюю губу:
– Свидетель чего? Вы о ком?
Энсон ткнул большим пальцем в кудрявого блондина:
– Спросите его. Он вам все расскажет.
Бейкер окинул свидетеля быстрым взглядом:
– Мы можем подняться вместе с ним ко мне в офис.
– О нет, это совершенно необязательно. Он отнюдь не против присутствия зрителей. Мы все не против.
Зрители, по крайней мере их некоторая часть, затаили дыхание. В звенящей тишине звук попавшего прямо в цель плевка шерифа округа Силверсайд прозвучал вызывающе громко. Один из копов подтолкнул блондина вперед.
Бейкер повернулся к нему:
– У вас есть что сказать?
– Да, есть. – У кудрявого блондина был слегка писклявый голос, однако в парне не чувствовалось ни робости, ни неуверенности. – Так могу я продолжить и сказать все, что знаю?
– Минуточку. Представьтесь. Кто вы такой и чем занимаетесь?
– Меня зовут Клемент Ардайс Купер. Я учусь в университете и живу в Комсток-холле.
