Она уже решила для себя, что собирается делать дальше, но в ее планах возникла некоторая заминка. Несмотря на то что время приближалось к шести вечера, в приемной офиса окружного прокурора толпился народ. Четверо мужчин, один из них в форме полиции штата, сидели в углу, разговаривая вполголоса. У стены расположились еще трое мужчин: Билл Таттл, Кен Чемберс, а между ними – неряшливо одетый человек с обветренным лицом и практически седыми волосами. Именно его Делия видела во вторник вечером, когда, сжимая в руке еще теплый револьвер, обернулась на звук мужского голоса. Не успела она толком разглядеть обе группы мужчин, как ее буквально атаковали с двух сторон. К ней подскочила пара репортеров: один обрушил на Делию шквал вопросов, второй держал камеру. И кто-то, стоявший сзади, позвал ее по имени. Обернувшись, она увидела Клару, Тая Диллона и дядю Куина. Диллон, подскочив к Делии, с помощью Куина Пеллетта оттеснил от нее репортеров, в то время как Клара, схватив сестру за руку, потащила ее к двери и оттуда в коридор.
– Сестренка… но зачем… ты не обязана была торчать здесь так долго… – начала Делия.
– Дел, у центрального входа целая толпа… тихий ужас… выйдем через другую дверь…
Сестры спустились по черной лестнице на цокольный этаж, где их перехватили Диллон и запыхавшийся Пеллетт. Свернув в узкий боковой коридор, они подошли к запертой задней двери, возле которой дежурил охранник. Диллон что-то сунул ему в руку, дверь открылась, и все четверо оказались в полупустом дворе, служившем для парковки автомобилей должностных лиц и персонала, где беглецов уже ждал красно-коричневый седан Диллона.
– Делия, садись скорее! – скомандовал Диллон.
Девушка, заупрямившись, покачала головой:
– Я не еду домой. – И, заметив удивленные взгляды своих спутников, объяснила: – Я хочу сказать, не сейчас. Сперва я хочу повидать доктора Тоалу.
– Вот те на! – не сдержал удивления дядя Куин. – Нет, вы только посмотрите!
– Но ты ведь не пойдешь пешком, да? – спросил Тай. – Давай залезай.
Все четверо сели в машину. Тай завел двигатель, автомобиль рванул вперед и, вильнув, вылетел через узкий проход на улицу. Заметив скопление людей перед центральным входом, Делия шепнула Кларе на ухо:
– Откуда такая толпа? Уж точно не из-за меня!
– Ну конечно из-за тебя. – Клара стиснула руку сестры. – Они хотели на плечах отнести тебя домой после троекратного «ура». По радио передали, что тебя опрашивают в качестве свидетельницы и скоро освободят. А зачем тебе понадобился доктор Тоала?
– Я к нему еду. И на этом все.
Клара открыла было рот, но автомобиль снова накренился, заворачивая за угол, и ей пришлось схватиться за ремень, а потому она промолчала. Три минуты спустя автомобиль затормозил под деревом на Ривер-авеню, и Тай Диллон повернулся к Делии.
– Ну вот, – произнес он с некоторым вызовом в голосе. – Сейчас самое подходящее место для тебя – это родной дом. По-моему, ты говорила, что последние два дня очень много думала?
– Так и есть, Тай, – решив не вступать в пререкания, согласилась Делия. – Конечно, самое подходящее место для меня – это родной дом. Но сперва я должна встретиться с доктором Тоалой.
– Зачем? – поинтересовался Пеллетт.
– Не волнуйся, дядя Куин. Больше никаких опрометчивых поступков. Я знаю, вы все считаете меня непроходимой дурой. И наверняка думаете, что как только я выйду из тюрьмы, то в очередной раз выкину какой-нибудь фортель. Но я не собираюсь делать глупости. Клянусь! Я хочу сделать одну простую вещь. Можете отвезти меня домой, и я пересяду в свою машину. А где, кстати, моя машина? Я оставила ее на Холли-стрит.
– Твоя машина дома, в гараже, – ответила Клара. – Фрэнк Фелан перегнал ее еще вчера.
– Тогда, если Тай отвезет меня домой, я возьму свою…
– Не пойдет! – отрезал Диллон. – Не говоря уже обо всем остальном: в открытой машине, куда бы ты ни поехала, ты соберешь вокруг себя толпу зевак. Черт, ты ведь теперь сенсация! Весь город думает, что это ты пристрелила Джексона, а освободили тебя исключительно благодаря политическому влиянию Саммиса. Послушай меня: ты должна поехать домой и запереть дверь. Зачем тебе приспичило ехать к Тоале?
Делия покачала головой и, нахмурившись, посмотрела прямо в глаза Диллону:
– Тай, я изменилась. Действительно изменилась. Но прежде, чем я войду в этот дом, в отцовский дом, дом, где умерла наша мама, мне нужно кое-что предпринять, и я отлично понимаю, что делаю. Можешь не волноваться: все будет в порядке.
– Хорошо. – Диллон снова положил руки на руль. – Мы тебя туда отвезем и подождем возле дома.
