Мои опасения подтвердились. Сжав дрожащие пальцы в кулаки, я немного поддалась вперед, решив натянуть на лицо непроницаемую маску и показать, что не забоялась и сделаю всевозможное, чтобы избавить мир от зла воплоти. На самом деле мне было жутко страшно.
– Выкладывай. Я хочу все знать. Все, – я сделала акцент на последнем слове.
Габриель провел языком по пересохшим губам, смотря на меня с неверием.
– Я тебе уже говорил о пророчестве. Так вот, тут у нас есть одна проблемка…
Я закатила глаза. Конечно, все, наверное, будет сложнее, чем ожидаю.
– Выкладывай.
Парень запустил руку в каштановые волосы, отражающие свет полуденных солнечных лучей, и продолжил осторожным голосом:
– Бог не думал делать все так легко, поэтому не оставил пророчество целым. Он разделил его на две части и одну… запрятал в Чистилище. Первую часть оставил на Небесах – ее охраняли архангелы и, как видимо, – хреновенько. В ней говорилось лишь то, что в самое темное время родится нефилим с меткой Каина, способный избавить этот мир от демонов раз и навсегда. И, изволь заметить, это случится в ночь твоего восемнадцатилетия, – Габриель перегнулся через столик, чтобы указать на черный знак пальцем. – Эта штука с каждым годом становилась все темнее и темнее – ты по любому это замечала. Она свидетельствует о твоем скорейшем приближении к этому возрасту. Именно в восемнадцать в тебе пробудятся, – он собрал брови в кучу, – какие-то… нереальные силы, которые практически сделают всю работу за тебя.
Я с ужасом взглянула на свою правую ладонь, затем устремила взгляд на Габриеля, который натянуто улыбался. Из всего слов я поняла совершенно немного: Бог, смотавшийся не понять куда, оставил пророчество, которое зачем-то разделил на две части и запрятал туда, куда посчитал нужным. Видимо, он опасался, что нежелательные «личности» узнают обо мне и о том, что мне предстоит сделать. Удивительно. Неужели ему в какой-то хоть и самой малой степени было не наплевать на этот мир?…
Я запрокинула голову, с легким непониманием обследуя идеальные черты лица Габриеля, который, похоже, ждал от меня комментария. Все это было так запутано. И странно. И с трудом походило на правду. Хотя я прекрасно знала, что парню незачем мне врать – и это, скорее, не радовало, а – пугало.
– Бог разделил пророчество? – я вскинула бровь, ухмыляясь тому, насколько нестандартно прозвучал этот вопрос.
– Да, – спокойно ответил Габриель, разминая длинные пальцы рук.
– И зачем? Что оно вообще из себя представляет? И… на кой черт нужно было прятать вторую часть в… Чистилище? – поинтересовалась я на одном выдохе, желая немедленно узнать ответы. Мой мозг, наверное, что и способен будет делать сейчас – так это воспринимать информацию, не подлежа ее обработке.
Габриель измученно вздохнул, понимая, что ему опять придется для меня раскладывать все по полочкам.
– Пророчество – летописное сказание Бога, которое должно сбыться.
– Я знаю, что это такое, – оповестила я, набирая в легкие больше воздуха. Из-за «чудесного» аромата, который исходил от меня, я ощущала себя неловко, и всей душой надеялась, чтобы Габриель не чувствовал, как от меня сильно разит помоями. Хотя, он меня прижимал к себе близко и наверняка учуял ядерный запашок, но благо, что не проронил ни слова на этот счет. Я была благодарна, что он молчал, и очень сейчас хотела принять холодный душ, вылив на тело добрую порцию какого-нибудь цветочного геля.
– Окей, – улыбнулся парень. – Итак, как ты уже поняла, пророчество – в письменной форме…
Он что, издевается?
Я стиснула зубы, успокаивая поток злости, взорвавшийся внутри меня.
– И?… – сдержано протянула.
Габриель хлопнул в ладоши.
– Так вот, этот засранец разделил его на две части. Для чего – не знаю конкретно, но – догадываюсь. Наверняка он подозревал, что демоны узнают о пророчестве, поэтому решил усложнить нам задачу. Уродцы в курсе, когда ты должна исполнить предназначение, поэтому, наверняка готовят что-то масштабное на тот случай, если не смогут тебя убить…, – он с предосторожностью глянул на меня, – … в чем я уверен. Бог был проворным, поэтому вторую часть пророчества запульнул аж в само Чистилище – это мы узнали по его оставленным подсказкам.
Я была на грани срыва, от нахлынувшей на меня волны полного непонимания. Габриель говорил какую-то несуразицу, и должна была как-то вникать в нее, но не могла. Я была либо слишком глупа, чтобы переварить его слова, либо – недостаточно развита – хотя это, практически, одно и то же. Я знала, что есть пророчество – его разделили на две части по необъяснимым причинам, и, похоже, по одной из них ангелы узнали, что в определенное время на свет появлюсь я и смогу очистить этот мир от зла.
Гм…
А что написано тогда во второй части? И вообще, она у них или до сих пор где-то в Чистилище?
Я изогнула бровь, глядя с оцепенением на падшего. Вопросы били через край, и я подбирала самый подходящий, чтобы сейчас задать ему.
