– Бог боялся, что о полном пророчестве узнают… демоны, поэтому, принял решение разделить его? – предположила я, и Габриель с веселой улыбкой на лице кивнул. – Хм… значит, от него у вас есть какая-то определенная часть?…
– Меня начинает удивлять твое рациональное мышление, Скайлер Грейс, – признался Габриель, заводя две руки за голову; его бицепсы вздулись, и теперь мое внимание было исключительно запечатлено на них. – Да, у нас только одна часть – начальная, – другая до сих пор находится в Чистилище.
Я резко отвела глаза в сторону, когда он поймал меня на разглядывание его тела. Парень довольно заулыбался, как бы ни специально начав закатывать и до того короткие рукава футболки, оголяя больше матовой кожи, поблескивающей при мягком солнечном свете. Я густо покраснела, ругая себя за то, что пялилась на него, как извращенка. Лихорадочно приковав взгляд к столику, я молила, чтобы Габриель не заметил моих пылающих щек. Но, похоже, он все-таки увидел мой румянец, и хмыкнул, вместо того, чтобы заразительно засмеяться или кинуть что-нибудь, что заставит меня стать еще краснее. Прогресс с его стороны.
– Так вы…эм… почему уверены, что имея одну часть, вы точно знаете, что я исполню пророчество? Вдруг в другой сказано, что что-то пойдет не так или…
Его грудной смех остановил меня. Сощурив голубые глаза, он успокоился и покачал головой.
– Да, пусть мы не знает, что написано в другой части, но точно уверены, что там вполне такая же суть, как и в первой. И зачем Создателю делать так, чтобы у нас возникли трудности, если он соизволил типа помочь нам?
А он… прав. Но все же, если Господь, который, черт подери, ушел в самое неподходящее время, разделил пророчество на части, значит, он опасался чего-то весьма очевидного, например того, что этой целой и полной информацией завладеют демоны (или просто решил поиздеваться над нами). В принципе, так и вышло, только они, как и все мы, в курсе лишь о событиях первой части пророчества. Неизвестно, что написано во второй. Но уж если Бог закинул другую часть в Чистилище, которое, как я знаю по ознакомлению с мифами и кое-какими знаниями, взятыми из библии, представляет собой место для душ, чьи дороги в Ад или Рай пока не определились, выходит, в ней по любому было что-то значимое. Ну, по крайней мере, я так думаю.
С одной стороны, зачем нужно было создавать сложности?
Я теребила нитку, выглядывающую из дырки на джинсах. Мои глаза продолжали сверлить столик, и сейчас, к счастью, я перестала краснеть, заняв себя глубокими раздумьями. Чем больше я шевелила мозгами, тем сильнее они у меня болели, с трудом воспринимая узнанную информацию.
А ведь пару дней назад я была совершенно обычной девчонкой, жалующейся на отстойную работу, и не знающей мрачную «тайну» о себе, о своем предназначении и о том, сколько сверхъестественного существует на самом деле. Я раньше могла видеть демонов-Искусителей и, смотря на их притворные людские оболочки, не представлять даже, что они не те, за кого себя выдают. Я могла в любой момент быть убитой от мерзких лап какого-нибудь адского создания, и при последних секундах жизни не знать, почему напали именно на меня, и почему я удостоилась такой страшной участи. Самое страшное – умереть в неведении.
Габриель, который охраняет меня уже какой год, не допускал, чтобы со мной произошло нечто подобное. И сейчас он продолжает выполнять свою главную, но рискованную обязанность – из-за меня его жизнь под угрозой. Также, учитывая то, что мне сегодня довелось увидеть, жизнь каждого человека находится в огромной опасности. Если меня убьют, то демоны покончат с человечеством без проблем. А так, на данный момент, на их пути есть преграда. И эта преграда – я.
– Итак, вы свято верите пророчеству, хоть и неполному?
Габриель согласно кивнул.
– Все было бы намного проще, если бы демоны не узнали о нем. Так бы ты точно исполнила свое великое предназначение, – мне показалось, или он сказал предпоследнее слово с ноткой сарказма?
Я отмахнулась от этих мыслей, переводя взгляд на Габриеля. Он вальяжно раскинулся на диване, закинув ноги на него, и потягиваясь. Краешек его футболки вздернулся, оголяя пупок, и открывая вид на несколько симметричных кубиков. У меня вновь появился повод покраснеть и начать смотреть на все, что угодно, лишь бы не на него.
– Значит, в пророчестве… в какой-то его части сказано, что я исполню свое предназначение точно, верно? – заикаясь, проговорила я. Это был риторический вопрос, но Габриель все же кивнул; краем глаза заметила, как он, понюхав свою футболку, сморщился, затем подцепил пальцем краешек и, присев, потянул вверх. Температура в комнате, вскочившая до высокой метки, могла соперничать только с неистовым жаром, вырвавшимся из глубин моего живота. Неужели, он собирается снять верх тут? Понимаю, он тоже не благоухает, но нельзя уйти в отдельную комнату и сделать это дело там?
