Голос принадлежал Наталье Мелентьевой. Третья носительница одного и того же имени в ходе эксперимента – это было, пожалуй, чем-то большим, нежели совпадение. Их знакомству в октябре исполнился бы год. «Бы» потому, что оно продлилось недолго. В том мире, откуда прибыл Егор, Наталья сама перестала общаться без объяснения причин. Объяснять что-либо вообще было не в ее стиле. Генеральный директор общества с ограниченной ответственностью, она вечно куда-то неслась и опаздывала. Всегда за рулем, с двумя попеременно трезвонящими телефонами, Наталья-третья покупала и продавала горюче-смазочные материалы. Спрос на них был высоким, и на каждом свидании Егору приходилось волей-неволей окунаться в атмосферу специфического бизнеса, где, кажется, не слишком придерживались правил.
Даже в день своего тридцатилетия Наталья, договариваясь об укладке с салоном красоты, параллельно толкала кому-то цистерны с керосином. Егор, привезя ей букет кремовых роз, никак не мог до конца выговорить свое поздравление и терпеливо ждал завершения переговоров на правом переднем сиденье черного «Форда». Когда, наконец, прозвучали все подобающие слова, она рассеянно кивнула в ответ и удостоила его поцелуя в щеку. Вечером беспокойного дня Мелентьеву ждали такие же деловые подруги – они условились сообща оторваться в сауне с бассейном и караоке.
Сейчас вместо блестящего «Форда» последней модели у нее была скромная «девятка». Припарковавшись у тротуара и распахнув дверцу, Наталья сигнализировала Егору с водительского места.
– Привет! Ты в аварию попала?
Такая версия напрашивалась сама собой, поскольку Наталья гоняла на грани фола, а порой за гранью.
– Целая, не переживай. Садись ко мне.
Обойдя машину спереди, Егор заметил на ее правом борту, в самом низу, следы ржавчины. Авто было явно с пробегом.
– Как бизнес? – поинтересовался он.
– Какой?
– Бензин, керосин… что там еще?
– А-а, этот… Кончился, – резюмировала Наталья.
Она включила свет, и Егор оценил перемены, произошедшие с ее внешним видом. Щеки впали, глаза покраснели – скорее всего, от недосыпа, из косметики Наталья теперь ограничивалась одной помадой, прежнюю прическу сменила короткая стрижка. Одета она была в простой джинсовый костюм и вязаный свитер с горлом.
– Разорились?
– Эти не разорятся, – неохотно выдавила из себя Мелентьева.
– Ты о ком сейчас?
– О дорогих учредителях, конечно
– Кто они?
– Тебе лучше не знать.
– С твоей хваткой, опытом другие найдутся, – Егор попытался утешить бывшего генерального директора.
Вышло так себе. Наталья уперлась руками в руль и без наводящих вопросов, используя непечатные обороты, вкратце рассказала свою историю. Горюче-смазочные материалы действительно продавались прекрасно. Настолько прекрасно, что в один далеко не прекрасный день учредители фирмы перегрызлись из-за прибыли. Она, во-первых, показалась им маловатой. А, во-вторых, вину за это заодно с соответствующими подозрениями они приписали Наталье.
– Основания хоть были? – спросил Егор.
Она только скривилась, как от глотка уксуса.
– Хрен, а не основания. Ни гроша не спёрла. Дура конченая.
Разборки продолжались долго. Ей даже пришлось прятаться за городом, на даче у родственников. Самый ярый учредитель подключил к процессу бандитов. Спор хозяйствующих субъектов был в конце концов урегулирован, однако Мелентьевой пришлось расстаться со своими накоплениями и частью личного имущества, а потом лечить нервную систему.
– Хорошо, хоть квартиру не забрали. До сих пор на колесах сижу, – сообщила она.
– Жесть, – искренне сказал он.
Оркестр на волне музыкальной радиостанции тихо играл «Будь со мной мальчиком, пушистым зайчиком». Егору подумалось о том, как превратности судьбы влияют на человека.
– Ты куда пропала тогда?
– Не помню. Замоталась, наверное, – Наталья выключила свет и прибавила звук на магнитоле.
За всё время их разговора не раздалось ни одного звонка. «Интересно, это и есть моя третья попытка?» Сердце у Егора заколотилось часто-часто.
– Душно у тебя. Я окошко открою?
Наталья издала какой-то сдавленный звук, потом еще. Приглядевшись, он сообразил, что она плачет. Это было так неожиданно и несвойственно всегда предельно собранной, целеустремленной женщине, что Егор растерялся.
– Перестань, всё образуется.
Вместо ответа она повисла у него на шее, продолжая всхлипывать.
– Десять лет… десять лет с этими козлами… На побегушках начинала… Только бабки, ни семьи, ни детей… Выкинули, как тряпку… Использовали и выкинули…
Егор неуклюже погладил ее по спине, приобнял.
– Наташа, не надо. Ты сильная, справишься.
– Не хочу быть сильной! Надоело! – яростно выкрикнула она.
На секунду заглушив радио, пискнул мобильник. Егор знал, что это первое смс от Лежневой, напрасно ждавшей около театра.
– Тебя кто-то хочет?
– Ерунда, забей.
– А поедем ко мне? – предложила Наталья.
