— Просто мы ведь маги, и в отличие от простых людей наши мысли, намерения и потаенные желания могут вполне стать реальными. Тогда как маглы могут попереживать, а в особо тяжелых случаях с помощью психотерапевтов загнать негатив внутрь, преобразовать его или выплеснуть наружу, у магов он зачастую копится внутри и никуда не девается. Я же рассказывал тебе про дементоров и про Патронусов, помнишь? Так вот, наши отрицательные эмоции, пороки, недостатки и плохие привычки — это все сродни плотной тьме, которую можно рассеять лишь ярким светом. Думаю, Лили себя чувствовала на фестивале так же, как я тогда... и хорошо, что Монгво меня туда потащил, иначе... иначе, я думаю, вся та злоба, жажда мести и ненависть к окружающим просто уничтожили бы меня, и я стал... — Северус взволнованно взъерошил волосы. — Я бы точно стал неприятным, желчным, холодным, мрачным, грубым, разочаровавшимся во всех и вся человеком, который никому не верил и ни на что уже не надеялся. И который никому бы не был нужен во всем мире. Как же хорошо, что у меня тогда были ты и мои наставники и друзья. Они точно знали, как сделать мою жизнь легче и светлее, избавить от тяжелого груза прошлых обид и ненависти. И так и случилось. Массовая магия Патронусов, собранных в одном месте творит чудеса. Это магия доброты, она лечит самое важное, что у нас есть — душу...
Петунья порывисто притянула к себе за шею голову мужа и прижалась лбом к его лбу.
— Как же страшно, что такое происходит с волшебниками... получается, вы сами можете разрушить себя, свою личность? Знаешь, я начинаю думать, что это для многих никакой не дар, а наказание свыше.
— Я раньше старался не замечать, но у Лили тоже это присутствует. Во всяком случае, гордыня, самоуверенность, самонадеянность и тщеславие, эгоизм, лень и жестокость точно имелись. Нежелание замечать нужды и печали окружающих, любовь к самой себе и похвалам в свой адрес... неумение сочувствовать и сопереживать. С таким багажом нельзя носить ребенка, все это отразится обязательно на крохе, рано или поздно. Поэтому... как бы ни было тяжело и больно — но Лили обязательно нужно было побывать на Фестивале.
— Посмотрим, как она будет себя чувствовать, когда проснется... — прошептала Пет, продолжая гладить сестру по голове.
— Все будет хорошо, любовь моя, Лили просто запуталась в себе. Так же, как я в свое время. Не переживай, я-то знаю — она теперь станет совсем другой.
Темно-рыжие ресницы дрогнули и Пет со Снейпом затаили дыхание...
Уважаемая Nika Walter подгадала именно к этой главе сделать замечательный коллаж с нашими героями и конечно, зимородком )).
Именно с таким зимородком, какого я планировала написать )).
Любуемся и благодарим прекрасного коллажиста Нику!
http://www.pichome.ru/5l4
http://www.pichome.ru/5lW
========== Глава 72 ==========
— Петунья, подожди меня!
Маленькая Лили бежала за старшей сестрой, которая ушла на несколько футов вперед по лугу. Девочки направлялись к большому дереву, стоявшему на краю города. Его даже было видно с их заднего двора. Родители, конечно, не позволяли им одним ходить туда, но изредка сама Пет нарушала слово, данное отцу с матерью, и управившись по дому, устраивала для сестренки такие мини-прогулки. Походы на край света — так они называли свои тайные вылазки. Пет уже тогда отличалась завидной выдумкой и богатой фантазией, так что Лили с ней никогда не скучала — старшая присматривала за сестренкой как следует, обихаживая и развлекая ее.
Забирать Лили из школы стало как-то само собой прямой обязанностью Пет. К тому времени, когда заканчивались уроки в третьем начальном классе, малышка уже сидела на скамейке возле входа и дожидалась ее. Сестры приходили домой, обедали тем, что оставляли им родители, Петунья убирала со стола посуду, мыла ее, вытирала, прибирала на кухне и, уложив наскоро сделанные сэндвичи в маленькую сумку, девочки, взявшись за руки, шли на луг. Походы, разумеется, начинались ранней весной и заканчивались осенью — зимой они ходили туда всего лишь раз, боясь, что родители рассердятся. Все же девочки были еще малы и запросто могли замерзнуть. Да и в прогулках в холодное время года не было особой необходимости — отец по выходным водил их на городской каток...
Терпко пахло травой, сквозь этот запах пробивался тонкий аромат полевых цветов. Петунья срывала какое-нибудь растение и взрослым голосом, подражая бабуле, называла его по латыни — миссис Эванс тридцать пять лет проработала учительницей биологии в школе Лейк-Дистрикта. Лили послушно повторяла вслед за сестрой, потом они играли в догонялки на лугу, плели венки, ели принесенную снедь, запивая ее холодным какао, и валялись в траве, глядя на проплывающие облака, похожие на сказочных животных и птиц...
