Аркадий замолчал, ожидая ответа, машинально начав беззвучно постукивать пальцами по пианино. А я сидела так близко и не знала, что ему ответить. Он узнавал обо мне, теперь на свидание пригласил. Неужели попался?
— Рина? Ты согласна?
Можно попробовать завлечь его еще больше. Мужчины же по натуре охотники, им всего нужно добиваться. Отказать? А вдруг он обидчивый сверх меры? Нам еще выступать вместе. Когда-нибудь. А если согласиться, не сочтет ли он меня легкомысленной, слишком доступной?
— А? Я? Да… нет… то есть… — запуталась я в словах и остервенело скомкала подол юбки. — С чем согласна?
С тем, что я талантливая? Или с тем, что красивая? Я сомневалась в правдивости обоих утверждений. В плане музыки — скорее усердная. А красота вообще очень субъективная штука, у каждого свои вкусы.
— Прости, я, наверное, неудачно выразился, — ответил он и сразу повторил свой вопрос, но уже более прямолинейно. — Ты согласна поужинать со мной?
А можно в этом месте сохраниться?
Я не так уж и много о нем знала, только сухую справку из Википедии, которую бегло просмотрела на днях. Тридцать семь лет. Талантливый исполнитель, востребованный в лучших театрах мира. Еще в двадцать победил на конкурсе вокалистов в Кардиффе и в том же году получил гран-при на Пласидо Доминго. Постоянно выступает с благотворительными концертами. Никогда не дает интервью. Очень редко записывается. И нигде я не нашла ни одного упоминания о его личной жизни. Ни о жене, ни о любовницах. Никаких скандалов в желтой прессе, разоблачений. Даже ни одной фотографии, где он появился бы на публике с кем-то.
Для меня он был живым воплощением образа творческого человека, целиком и полностью посвятившего себя музыке. Представить его вне репетиций, в неформальной обстановке, получалось с трудом. Разве что тот раз, когда мы немного поболтали на выходе из консерватории.
Его пальцы пробежались по крышке очередной волной. Я посмотрела на них и снова отметила, какие они ухоженные. И, пожалуй, красивые.
— Ты не подумай, Рина, у меня никого нет, — произнес он, словно прочитав мои мысли. — Была девушка, не скрою, но мы расстались полгода назад, так что я тоже совершенно свободен… Может, мы могли бы узнать друг друга поближе?
Он слегка улыбнулся, и я почувствовала, как щеки неожиданно покраснели. Что за реакция? Нормальная же улыбка, ничем от предыдущих не отличалась! Он ведь улыбался и раньше, почему именно сейчас тело так отреагировало?
Потому что в мыслях он был не просто коллегой…
— Рина, — повторил он мое имя с каким-то особенным чувством, — так ты сегодня свободна?
— Нет, — ответила, подумав о том, что вот так, экспромтом, идти на свидание я не готова. Ни наряда, ни макияжа… Хороша же я буду смотреться в простенькой рабочей одежде рядом с Девятовым, не изменяющим дорогим костюмам и рубашкам от «Armani»!
— А завтра?
— Пока не знаю, — покачала я головой.
— Ты против отношений на работе? — после некоторого молчания уточнил он, нахмурившись. — Или считаешь, что моя известность как-то негативно на тебе отразится?
— Нет, что ты! — поспешно открестилась я, лихорадочно сжав в кулаках ткань юбки. — Дело не в этом!
— Тогда что тебя смущает? Дай мне хоть одну причину, почему ты не хочешь согласиться. Я чем-то тебе не понравился?
Аркадий стоял так близко, его голос звучал рядом, над моей головой. А я сидела и полировала глазами клавиатуру, пока вдруг не сообразила, что сверху он прекрасно все видит. Пришлось резко отдернуть руки от юбки, сделав вид, что поправляю ноты.
— Вовсе нет! Понимаешь…
Действительно, ну а что такого? Я же хочу отношений как у всех? Так вот он, мужчина. Красивый как Аполлон. Поет как Орфей. Я все же подняла глаза, посмотрев на Девятова новым взглядом. Обеспеченный. Подтянутый, спортом занимается. Без залысин, даже наоборот. Чем не мечта для любой девушки? Наверняка он и в отношениях чуткий и внимательный, как и в музыке. Будет на свидания водить, подарками задаривать. А в постели…
Но стоило мне пофантазировать о нем как о любовнике, представить его обнаженным лишь на секунду, как сердце тут же учащенно забилось. Стало страшно. Разом вспотели ладони. И спина. Но это было не привычное чувство надвигающейся паники и ужаса. Мне стало страшно, что я ему не понравлюсь. Что я окажусь неподходящей девушкой. Не той. Я ведь только недавно пыталась с Сережей, и к чему это привело? Нет у меня теперь парня. А попробую с ним — могу и работы лишиться. Слишком все быстро происходило. Не подействовала еще Рулетка. Рано, слишком рано.
Вот только как ему отказать?
Я набрала в грудь воздуха, открыла рот и неожиданно поняла, что не могу произнести «нет». Да, может, это неправильно, но я захотела попробовать еще раз. Попробовать нормальные отношения с классным мужчиной. Хотя бы попытаться сходить на свидание, узнать его ближе. Я действительно желала этого! Увлечь, стать желанной. Упускать такой шанс было бы просто глупо.
— Аркадий, могу я быть с тобой откровенна?
