— Разумеется. Это то, что так ценится в общении, и чего люди старательно избегают. Настоящие чувства предполагают искренность, ведь благодаря ей строятся действительно доверительные отношения.
Да, искренность — очень редкое качество. То, что я раз за разом искала в окружающих и почти никогда не находила.
Легкая улыбка заиграла на его губах, на секунду сбив меня с мысли.
— Эм… Понимаешь, я только что пережила разрыв. Это были довольно болезненные отношения. И закончились они тоже не очень хорошо. Боюсь, я сейчас еще не готова что-то начинать снова.
— Понимаю. Тогда предлагаю ни к чему не обязывающий вечер. Мы же можем поболтать просто, по-дружески?
— Наверное…
— Ты все еще его любишь? — Он немного наклонился вперед. — Мужчину, которого бросила?
О, у кого-то интересная подача информации. Ну, Ира, хоть за это спасибо!
— Нет… Нет, не люблю.
Я горько усмехнулась. Потому что на самом деле это Сережа меня бросил. И этого я ему не прощу. О какой любви могла быть речь после той ночи?
Аркадий довольно улыбнулся и пустил пальцами радостную трель по лакированной деревянной поверхности.
— Тогда у меня есть шанс.
— Я не могу ничего обещать. Мы же едва знакомы!
— Иногда достаточно одной пьесы, чтобы узнать о человеке больше, чем за год болтовни. Музыка не врет, поверь. Твоя игра рассказала мне о тебе много, очень много. И мне хотелось бы сходить с тобой куда-нибудь, чтобы просто пообщаться. Не так уж и часто выпадает такая возможность.
Мне тоже этого хотелось. Но я точно справлюсь?
— Завтра? Соглашайся.
И он коснулся кончиками пальцев моей ладони. Совсем легкое, едва ощутимое поглаживание, но меня словно током ударило. И сложно сказать, какие это были ощущения. Я тут же почувствовала, как опять всколыхнулась внутри небольшая волна паники. Нет, я нормально переношу мужские прикосновения в повседневности и не падаю в обморок от случайного касания в метро с посторонним парнем. Там выбора-то, как бы, и нет, особенно в час пик. Но сейчас было по-другому. Мы одни. Мы так близко друг к другу. Его пальцы… Это поглаживание ни разу не дружественное. Слишком личное. Слишком сексуальное.
И это заводило. Я накрыла его руку своей. Я тоже хотела погладить его. Хотела коснуться его кожи.
Мне нравился этот мужчина.
— Ладно, — прошептала я, немного отстраняясь, разрывая контакт. — Завтра.
— Спасибо.
— Вернемся к репетиции? — спросила, чувствуя себя не в своей тарелке.
— Конечно. Только предупреждаю, что если ты и дальше будешь так играть, то после нашего выступления вопрос с твоим замужеством будет пересмотрен.
Я опешила и в неверии уставилась на мужчину, который теперь старательно воплощал собой абсолютную невинность. Шустрый какой! Даже бровью не повел.
— Да шучу, Рина! — рассмеялся он, заставив меня незаметно выдохнуть. Он первый раз при мне смеялся, и это оказалось непривычно. Но очень красиво, музыкально. — Просто ты так смущаешься, что захотелось немного подразнить. Зато теперь никакой неловкости! Будем репетировать, у меня всего час времени остался, а хочется еще многое успеть.
— Вы гнусный провокатор, Аркадий Сергеевич! Я отомщу!
— Интересно как? И мы же сразу договаривались на «ты»?
— Все так быстро меняется, я не успеваю за темпом! Кстати, если завтра будет свидание, тебе придется сбрить бороду!
Я гордо подняла голову, пытаясь представить себе его лицо без лишней растительности.
— Я подумаю. — Он тут же машинально провел рукой по щеке вниз, к подбородку, словно пытаясь защитить предмет своей гордости. — Итак, приступим.
Аркадий моментально собрался, став полностью серьезным.
— Фигаро!
И мы еще раз прогнали первое отделение.
Спустя час, когда Девятов ушел по своим делам, я вспомнила, что мне еще надо убить одну предательницу. Без мучений, это будет быстрая и легкая смерть — подруга все-таки.
Ира, твою бы энергию, да в нужное русло…
Статус показывал, что Ира что-то печатает. Я в это время сердито накручивала локон, думая о том, сколько всего хочется высказать одной деятельной особе.
Фу! Фу-фу-фу, лучше бы я этого не знала!
Ну ладно, сама напросилась:
Ответ прилетел моментально:
И сразу же следом:
