- Ты считаешь, что имеешь на это право? - это уже отошедшая от шока рута спросила. Глаза зло сощурены, и весь ее вид выражает крайнюю степень возмущения. - Ты же маг! Да посмотри на себя. Ты даже как страж не выглядишь, а значит, и части стихии в тебе нет. И ты еще имеешь наглость утверждать, будто имеешь родство с уважаемой нами семьей.
Рута словно не говорила, а плевалась ядом. Я ответила ей абсолютно спокойно и чуть насмешливо, при этом поймала себя на мысли, что невольно копирую интонацию Рэя, с которой тот говорит с провинившимся подчиненным.
- Мне не понятна ваша реакция, уважаемая. Что Вас так разозлило? Может то, что я танцую не хуже, а может даже и лучше Вас? И это несмотря на отсутствие во мне стихии? Какое оскорбление Вам, а возможно и всем стражам, не так ли?
Рута сначала поднялась, постояла, забавно хватая ртом воздух, а потом снова села. Точнее обратно ее усадил князь. Он пока не торопился вмешиваться в нашу небольшую перепалку. Судя по лицу, ему все происходящее доставляло удовольствие. Что за человек? Тут можно сказать драма разыгрывается, а ему весело. Почему-то глядя на него, мне самой ситуация начала видеться не трагичной, а скорее комической.
Наконец Рута смогла из себя что-то выдавить.
- Нахалка!
- Не без этого. И тем не менее я дочь стража Тилао Соул. Думаю, либо она, либо, Танни - моя сестра, решаться это подтвердить.
Все взоры вновь обратились на мою маму. Она уже очнулась. Вокруг нее, со стаканом воды в руках, крутилась обеспокоенная Танни.
Мама как назло молчит, стыдливо опустив глаза, и подтверждать родство не торопится. Того и гляди снова уйдет в спасительный обморок. Ну же, мама, неужели даже сейчас ты не решишься признать перед всеми во мне свою дочь?
К горлу подступил болезненный ком. Только бы сдержаться.
Установилась мертвая тишина. Все собравшиеся с жадным любопытством внимательно следили за развивающимися событиями. Как народ зрелища то любит. Чувствую себя актрисой в дешевом уличном спектакле.
Мама все-таки порывалась, что-то сказать. У стражей что, всегда такая реакция на внешние раздражители? Как и Рута, мама то открывала, то вновь захлопывала свои прекрасные уста, выдавая лишь нечленораздельное звуки. Подумать только, а ведь раньше она всегда мне казалась такой строгой, холодной и невозмутимой. И именно ей я хотела что-то доказать? Так грустно, и отчего-то смешно. Криво улыбаюсь.
Поймала победный взгляд Руты.
- Тиррания Соул является неотъемлемой частью нашей семьи! - решительно и бойко выкрикнула Танни. Брови нахмурены, а в глазах злость, но она направлена не на меня, а в сторону мамы. Мне же сестра очень светло и по-доброму улыбнулась. - Тиррания - моя младшая любимая сестра. Я и мама подтверждаем родство.
С облегчением выдохнула. У меня будто камень с души упал. Спасибо, спасибо, Танни. Слезы едва удается сдерживать. Чувствую, как одна слезинка все-таки прорывается, прокладывая на щеке мокрую дорожку. Склонила голову. Не стоит чужим видеть мои слезы. Подвел итог Рэй. В данной ситуации только у него осталась возможность спокойно разговаривать.
- Я так понимаю, право именоваться стражем у Тиррании есть. Она выступила и нам остается только решить присуждать ей 'взрослый' статус или нет. Я говорю - да. Что скажут остальные?
Руте было что сказать.
- У нее нет такого права. Она не может быть стражем. Не сужу сейчас ее танец. Сперва нужно будет разобраться, почему Тилао, скрывала от нас факт рождения Тиррании и все обстоятельства. Я - против, - демонстративно сложила руки на груди.
Вот гадина. Как ни странно, но дальше ситуация складывалась в мою пользу.
- По крови - она дочь стража. - взяла слово следующая по старшинству женщина - внешне молодая хрупкая блондинка, но с мудрым древним взглядом. - Пусть в ней нет духа стихии, но танец был просто великолепен. Она чувствует суть музыки, может с ней сливаться, что как мне кажется, парадоксально, ее признал наш повелитель, и она ему присягнула. В танце! У нас не такие жесткие правила, чтобы нельзя их было немного нарушать. Я - за. Плохо от этого никому не станет.
Не ожидала подобной поддержки. После ее высказывания, остальные женщины проголосовали за принятие меня в их ряды. Еще и хвалили за чудесный танец. Отныне я страж. Мне вновь аплодировали, а та стражница, что первой приняла положительное для меня решение, спросила.
- Кто научил тебя так танцевать? На стиль твоей матери не похоже.
Я улыбнулась.
- У меня была самая чудесная учительница. Кому как не стихии огня знать толк в танцах?
Выходи Огненная. Настало твое время получить свою долю аплодисментов. Ты это заслужила. Я сделаю так, чтобы тебя сейчас было видно.
