— Ага, спасибо, — сухо ответил Вадик. — Я уже всё равно запустил процесс. Лучше скажи мне, мы всю ночь так и будем идти через лес? Укрытий поблизости вроде нет, оставаться посреди леса опасно… А если дежурить по очереди, то мы точно не выспимся или потеряем кучу времени. Может быть, ты просто наколдуешь нам каких-нибудь барьеров или сигнализаций на ночь?
— Так себе идея. В столь открытой местности мои руны наверняка привлекут демонов, и мы создадим себе только больше проблем. Можно попробовать проложить рунами ложные следы и расставить подальше от лагеря приманки, но на этой уйдёт слишком много времени.
— Значит, идём дальше?
— Ага.
— А не заблудимся?
— Нет, — сказал я и указал пальцем вверх. — У нас есть отличный ориентир.
Вадик тоскливо взглянул на брешь в облачной пелене, сквозь которую сияла нависающая над нами луна. Либо её орбита находилась намного ближе к планете, либо же она сама была раза в полтора больше той луны, которую мы привыкли видеть.
Мой брат встряхнул головой, несколько раз поморгал, а затем поднялся на ноги. Убрав остаток припасов в бездонную сумку, он решительно посмотрел на меня.
— Погнали, — сказал мне Вадик. — Давай выполним это чёртово задание.
Пересиливая весьма существенную усталость в ногах, я продолжал идти вместе с братом в сторону, где находился предполагаемый портал. В груди постепенно нарастала неестественная покалывающая боль: похоже, уже не только мой организм противостоял этому вопиющему издевательству, но и застрявшие в нём инородные тела. Но останавливаться было нельзя и попросту негде.
За пару часов пути лес вновь наполнился шорохами, и мы начали двигаться осторожнее и чуть медленнее. Пробивающегося меж деревьями лунного света и моего хорошо развитого восприятия вполне хватало, чтобы двигаться вперёд и поглядывать по сторонам, однако вероятность угодить в засаду всё ещё была куда больше, чем днём.
Вадик же больше полагался на меня, а также на свой обострённый нюх, чем на зрение. Его периодически раздающееся громкое сопение чем-то напоминало звериное и изредка заставляло меня вздрагивать: иногда мне казалось, что к нам сумел очень близко подкрасться демон.
Через некоторое время мы начали наталкиваться на различные следы, оставленные другими игроками. Иногда это были сломанные болты и стрелы, которые либо валялись на земле, либо были воткнуты наконечниками в деревья. Куда реже мы натыкались на оставленный во время привала мусор вроде различных банок, пустых бутылок и одноразовой посуды. А затем мы натолкнулись на две свежевскопанные ямы, очень похожие на приготовленные могилы.
— Это для нас? — мрачно пошутил Вадик.
— Ну уж нет, — я отрицательно покачал головой. — Мы не для этого сюда пробивались.
Щелчком пальцев я воплотил крошечную стену огня прямо на своей ладони. За счёт прокаченной малой сопротивляемости огню моя кожа справилась с умеренным жаром, а вспыхнувшего огонька хватило, чтобы подсветить обе ямы.
Я внимательно их осмотрел. В каждую с натяжкой можно было поместить по человеку. Почва внутри была достаточно влажной… Либо здесь прошёлся дождь, либо кто-то выкопал ямы относительно недавно. На вырытой земле были видны следы сапог, а также небольшие рытвины, оставленные двумя разными лопатами.
— А может, тут просто клад зарыт? — Вадик всеми силами старался сохранять позитивное расположение духа.
— Думаю, тут и вправду кого-то хоронили, — предположил я.
— Почему же тогда ямы остались пустыми?
Я не ответил на этот вопрос и прошёлся вокруг могил. Свет моего пламени отразился блеском в каком-то предмете, валяющемся в траве под ногами. Я опустился к нему и аккуратно взял в руку.
Это была металлическая подвеска. Подвеска с изображением лабриса на фоне каплевидного щита. Нет сомнений, она принадлежала кому-то из легионеров и, вероятно, одному из капитанов. Подвеска была сильно поцарапана, а звенья её цепочки разорваны. Выпрямляясь в полный рост, я заметил, что трава рядом со мной была примята, а земля взрыта так, будто здесь что-то или кого-то волочили. Этот след уходил чуть дальше за одно из деревьев, кора которого чуть потемнела от налипшей на неё крови.
Мы с Вадиком коротко переглянулись. Опустив руку на одну из оружейных карт на поясе, мой брат вооружился моргенштерном, и затем мы вдвоём начали аккуратно красться по следу.
Обогнув дерево, мы обнаружили тело мужчины… Вернее, половину тела. Вся нижняя часть, начиная с живота, отсутствовала, а страшную рану скрывала сильно порванная кольчуга, из которой попросту вырвали плоть несчастного незнакомца. Его глаза были широко распахнуты, а на бледном лице застыла гримаса агонии. В переломанных пальцах правой руки покойник продолжал удерживать окровавленный обломок лопаты, которым, похоже, легионер пытался защищаться от неизвестного монстра.
При виде этого зрелища Вадик отступил на шаг и опёрся на дерево.
— Господи… — пробормотал мой брат, а затем резко склонился в рвотном позыве.
