— Полагаю, так и есть, — произнёс Айнер. — Я догадываюсь, в чём дело: Вальдер попросту метит на моё место верховного жреца. Боюсь, ты выбрал очень неудачный момент для попытки меня сместить. А может быть, ты надеялся развалить всё верховное командование легиона?
— Вот это интересное обвинение! — вставил своё слово Шершень. Седовласый мужчина взглянул на Айнера и задумчиво потёр бороду. — Если предположить, что это правда, то выходит, что Вальдер и Джин специально втёрлись в доверие Вендиго, избавились от него при первом удобном случае, а затем выполнили задание и едва не прослыли героями… Вот только вряд ли они могли всё это провернуть без помощи со стороны. Быть может, их связь с Честными людьми куда теснее, чем мы предполагали?
— Почему бы вам меня не проверить тем же способом, которым вы проверили Маскота? — предложил я, нахмурив брови.
— Это подождёт, — сказала Кассандра. — Оса, ты свободна. Приведите следующего.
Сразу после Осы перед трибуналом выступил Диор. Мрачный копьеносец достиг десятого уровня и был снаряжён не хуже других легионеров. Он сказал судьям, что не знает, что мы с Вадиком за люди, но признал, что однажды мы спасли его отряд… забрав себе при этом все трофеи и ОС с големов. На этом его допрос и окончился.
— Там все свидетели такие? — недовольно спросила Кассандра у Айлы. — Много их там ещё?
— Около… двадцати, — ответила рыжеволосая девушка.
— Двадцати? Откуда взялось двадцать человек, которые хотят их защитить?
— Большинство из них утверждает, что были спасены Вальдером от верной смерти в домене Хель.
— Борьба за божественную милость не касается этого дела. Не будем тратить на них время. Кто-нибудь ещё есть?
— Я хочу взять слово, если позволите, — раздался голос с трибун. Переведя взгляд в его сторону, я увидел Байрона. Бывший гоплит выжидающе посмотрел на Кассандру.
— Насколько я знаю, ты входишь в число свидетелей, — сказала Кассандра. — Дозволяю.
Держа под локтем свой шлем со срезанным гребнем, Байрон спустился с трибун и, молча пройдя мимо нас, предстал перед старшими капитанами.
— Джина я не знаю, а Вальдера знаю совсем немного, но… — бывший гоплит сделал короткую паузу. — Этот человек участвовал в принятии решения о судьбе моего отряда и нашего бывшего предводителя. Узнав устройство Железного легиона получше, я осознал, что Вальдер хорошо усвоил все наши догмы. В конце концов, Вендиго обучал его лично. Однако характер Вальдера не позволяет ему следовать всем догмам беспрекословно…
И этот явился сюда, чтобы окончательно меня утопить. Что б вас всех…
— Тем не менее это не делает его убийцей, — неожиданно добавил Байрон. — Из Вальдера вышел плохой легионер как раз-таки из-за его мягкости и доброты, но никак не из-за дурных намерений. Я видел его в бою, видел, как бесстрашно он сражается и не отступает ни на шаг до тех пор, пока продолжает биться его капитан. Я не знаю, что произошло на четвёртом уровне, но убеждён, что всему найдётся достойное объяснение. Я уважаю Вендиго и считаю его достойным лидером, но даже самые достойные лидеры способны совершать ошибки. На этом у меня всё.
Байрон вытянулся по струнке, стукнул кулаком по своей кирасе и, дождавшись жеста руки Кассандры, направился на своё прежнее место.
— Спасибо, — тихо произнёс я, когда бывший гоплит проходил мимо.
— Не за что, — ответил он. — Я лишь отдаю тебе свой долг. Я надеюсь, у тебя и в правду была достойная причина так поступить. Ежели нет… то я сам вызовусь на роль твоего палача.
Я лишь молча кивнул в ответ. Байрон сказал в мою защиту куда больше, чем я ожидал, и теперь я сам чувствовал ответственность за оказанное мне доверие. Достойны ли были мои причины обратиться против Вендиго?.. Я перевёл взгляд на Вадика и встряхнул головой. Если бы я не поступил так, как поступил, то мой брат, вероятно, сейчас бы не стоял рядом. Сейчас это было единственным, что имело значение.
— Что ж, дадим слово самим подсудимым, — произнесла Кассандра. — Свои обвинения вы знаете. Посмотрим, что вы можете на них ответить.
— А Микара? — произнёс я. — Почему Микара не выступила на трибунале? Она знает меня с братом лучше, чем кто-либо ещё.
— Из-за её личной заинтересованности в вашей защите показания Микары нам не так важны. А из-за одного из её навыков будет куда сложнее определить, когда она лжёт.
— О каком ещё навыке идёт речь? — недоумённо спросил я.
— Ты хочешь потратить предоставленное вам время на обсуждение её навыков, а не на защиту?
Я тяжело вздохнул.
— Нет, — ответил я. — Я расскажу всё как есть, без утайки. О том, как я убил Вендиго и по каким причинам это сделал.
Слушатели на трибунах, часть из которых успела заметно заскучать, оживились и сфокусировали на мне всё своё внимание.
— Мой брат не должен нести ответственность за это убийство, — произнёс я, пристально посмотрев в глаза Кассандре. — Он даже не был в сознании, когда я убил капитана.
По толпе вновь разошёлся ропот. Из множества перешёптываний я то и дело улавливал одно и то же слово — «убийца».
— Ты что удумал? — сквозь зубы процедил Вадик. — Не смей тут собой жертвовать, ясно?
