— Ну… — Вадик озадаченно потёр свою шею. — Страшно, конечно… Но знания о его уровне силы меня немного успокаивают: оно делает рыцаря… более приземлённым и досягаемым. Если мы как следует поднатужимся и разовьёмся, то сумеем расправиться и с таким чудищем.
— Чтобы достичь семьдесят первого уровня, нужно набрать в сумме пятьдесят одну тысячу сто двадцать ОС, — сказал я, проведя в уме ряд подсчётов. — Это без учёта трат на какие-либо навыки.
— А сколько нужно ОС на наши текущие уровни?
— Семь тысяч… шестьсот двадцать. На двоих.
Мой брат задумчиво покачал головой, а затем кивнул самому себе, будто наметив нам некую цель.
— Мальшторм, тебе удалось узнать ещё что-нибудь про гранатового рыцаря? — поинтересовался я у гоплита.
— Часть информации о нём была скрыта, однако кое-что я всё же подсмотрел. У рыцаря внушительное количество навыков, но я ожидал увидеть куда больше. В основном его навыки завязаны на владении мечом, однако универсальных тоже с избытком хватает. Физические характеристики просто запредельные, зато ментальные немного ниже, чем у среднего человека. В восприятии и вовсе четыре единицы.
— А что с интеллектом?
— Пятёрка.
— Это выше, чем у любого дефектного голема, — подметил Камос. — Но ниже, чем у большинства истинных.
— Я удивлён, что эта штука вообще разумна, — произнёс Шанкар, пожимая плечами. — Она же явно была не в себе.
— Скорее всего рыцарь атаковал других големов по собственной воле, а раз есть собственная воля, то значит есть и разум.
— Может быть, этот тоже способен разговаривать прямо как Сапфир, — предположил Вадик.
— Хочешь проверить? — с хорошо скрытой издёвкой в голосе произнёс Камос.
— Сразу после тебя.
— Раны нанёс он сам, — тихо сказала Микара, впервые подав голос за весь разговор.
Мы молча перевели взгляды на девушку.
— Что ты имеешь ввиду? — озадачено спросил Мальшторм.
— Те повреждения на его теле… — заговорила Микара. — Эти глубокие царапины по всему торсу… Голем сам их себе на нёс. Они практически одинаковы.
— Как ты это, вообще, заметила? — удивлённо произнёс Вадик.
— Я немного развила своё восприятие… Мне уже не нужны очки.
— Да, но… Так, ладно, неважно. Давайте резюмируем всё, что мы знаем о гранатовом рыцаре. Выходит, мы имеем дело с големом семьдесят первого уровня, который страдает от психопатии и склонности к самодеструкции. Его меч где-то посеян, но это не и мешает рыцарю оставаться долбаным воплощением смертоносности в стальной оболочке. Он разумен, но не умён, а ещё любит смотреть в глаза своим умирающим жертвам. Звучит так, будто нам ни за что не стоит сталкиваться с ним вновь.
— Звучит так, будто он куда более уязвим, чем может показаться на первый взгляд, — возразил я.
— Уязвим? Серьёзно? По-моему, здесь напрашивается совершенно иной вывод.
— Уровень и ранг не отражают состояние тела, верно? Гранатовый рыцарь повреждён, а из-за своих повадок наверняка не подпускает к себе никаких ремонтников. Вероятно, некоторым его царапина уже сотни лет. Возможно, он даже начал ржаветь.
— Двигался он быстро, — заметил Мальшторм. — Но в его движениях действительно был изъян.
— Продолжим. Судя по уровню интеллекта этого рыцаря, его возможно обмануть, однако предсказать его действия и реакцию на что-либо крайне сложно. У рыцаря нет его основного оружия, что делает большинство его навыков абсолютно бесполезными. Наконец, его нестабильная психика — это ещё одна слабость, которая может отражаться на скорости реакции и способности принимать решения.
— То есть… ты хочешь с ним сразиться? — осторожно спросил у меня Камос.
— Разумеется, нет, — сказал я, покачав головой. — У нас другая задача, и награда за победу над гранатовым рыцарем никак не окупит всех рисков. Потому мы не станем искать битвы с ним.
Мальшторм, Камос и Вадик с облегчением выдохнули.
— Но это не значит, что он не найдёт битвы с нами, — добавил я. — Полагаю, он преследует нас от самой башни, с того момента, как Мальшторм почувствовал чьё-то движение, но не определил источник.
— Это возможно… — рассудил гоплит.
— А раз так, вероятно, он попытается следовать за нами и дальше.
— И какой тогда у нас план действий?
— План действий не изменился. Переведём дух и выдвинемся дальше: первая цель должна быть совсем неподалёку… Вадик, я вручную наполню маной руны на твоём щите. Скоро он нам понадобится.
— Ох… — Вадик скривил лицо в плоской, наполненной болью улыбке. — Чувствую, мне сегодня опять достанется.
Камос посмотрел на моего брата полным сочувствия взглядом, но не проронил ни слова: подчинённый Эрдема был только рад вернуть ему должность главной жертвы моих инициатив и идей.
Вскоре после того, как мы покинули укрытие, дома в округе поредели ещё сильнее, и между ними стали видны солнечные башни. Шесть сложных механизмов из огромного количества шестерней и линз были установлены вокруг очень крупного обстроенного сталактита.
— Может быть, там находится местный портал? — предположил Вадик, с опаской поглядывая в сторону строения.
— Маловероятно, — рассудил я. — Тогда бы здесь было множество големов.
