— Наставник передаёт, что не обзавестись перед такой экспедицией навыками, позволяющими хотя бы единожды избежать смерти — это большая ошибка, — передал нам Камос, пока мы брели между плато и густым лесом.
— Я тоже так когда-то думал! — громогласно заявил Леонид. — Но потом я осознал, что его наличие отражается на моём ведении боя. Такие защитные механизмы порождают беспечность, из-за которой начинаешь допускать ошибки. Хорошему воину такие навыки не нужны.
— Наставник просит передать, что это… — Камос нервно сглотнул слюну, — полнейший бред, так как мёртвый воин по определению не может быть хорошим. К тому же правильно выстроенная засада не должна полагаться на чужие ошибки.
Леонид бросил на подчинённого Эрдема холодный взгляд, от которого тот неуютно поёжился.
— Так и любая засада — это результат допущенной кем-то ошибки! — упрямо заявил полемарх, повышая голос и постепенно распаляясь. — И вообще, способности, защищающие от смерти, обесценивают воинскую доблесть, а также лишают битвы всякого драйва!
— Наставник хочет передать, что более… — Камос осёкся на полуслове. — Нет, я не буду этого передавать! Он же зашибёт меня на месте!
— Големы, — произнёс я, услышав доносящийся из леса звон металла. — Небольшая группа, движутся к нам навстречу.
— Слава Богам!
— Воины, займитесь ими, — скомандовал Леонид своим людям, а затем вновь перевёл взгляд на Камоса. — А ты… Что там хотел сказать твой наставник?
Гоплиты расправились с отрядом из дефектных големов с такой скоростью и лёгкостью, что мне даже стало немного жалко истуканов. Когда бой был окончен, воин Леонида по имени Минотавр принялся пробивать их нагрудные пластины голой рукой и таким образом извлекать из них кристаллы маны. Когда Минотавр принёс кристаллы полемарху, тот распорядился отдать их все мне и Людвигу. Вскоре после этого Леонид возобновил диалог с Эрдемом через многострадального Камоса, но в этот раз заговорил уже не о вопросах тактики и развитии навыков.
— Почему ты до сих пор не стал верховным жрецом Тота? — спросил полемарх так, будто обращался к Эрдему напрямую.
— Наставник говорит, из-за Куро, — ответил Камос. — Куро крепко взялся за верховных жрецов, и наставник полагал, что становление одним из них этот психопат может принять за провокацию.
— Ясно, — произнёс Леонид, тут же потеряв интерес к этой теме разговора. — Один из моих воинов сказал, что ты поразительно хорошо осведомлён о механике перерождения.
— Вы это мне? Или наставнику?
— Тебе. Кто из Честных людей прошёл через перерождение?
Камос ответил не сразу, вероятно, согласовывая с Эрдемом информацию, которой можно поделиться.
— Зедок прошёл… успешно. И Куро давным-давно пытался пройти, но провалился.
— Куро провалил попытку перерождения? — переспросил я, вклинившись в разговор.
— Ага. Тогда же он и стал героем, так как попросту не смог выполнить текущее задание. Наставник говорит, что Система никогда не была благосклонна к Куро, и потому Куро решил добывать её дары грубой силой.
— Грубой силы у Куро не больше, чем воинской чести! — громко произнёс Леонид. — Он лишь ищет оправдания своим бесконечным подлым трюкам, вот и всё!
На голос полемарха слетелась пара пернатых демонов размером с лошадей. Они приземлились на край плато прямо над нами и пристально посмотрели в нашу сторону. Но, изучив всю нашу процессию, демоны переглянулись, а затем развернулись и полетели прочь. На удивление здравое решение…
— Наставник просит передать, что только… не самый разумный человек будет уповать на соблюдение выдуманного этикета во время полноценной войны, — чуть тихо произнёс Камос. — К тому же Куро глубоко плевать на мнение окружающих и на какие-либо правила, и это делает его опаснее как вас, так и всех Гоплитов вместе взятых.
Я уже начал предвкушать реакцию Леонида на эти слова, как вдруг вмешался Людвиг. Не знаю, захотел ли легионер сжалиться над Камосом, или же он просто посчитал время наиболее подходящим, но Людвиг принялся доставать из своей бездонной сумки склянки и раздавать их всем членам отряда по две штуки на руки.
— Это подарок от Шершня, — пояснил старший капитан. — Он рекомендовал выпить зелья усиления непосредственно перед боем с Куро.
Я внимательно осмотрел полученные склянки. Та, что была с красно-багровой вязкой жидкостью, являлась уже знакомыми мне зельем исцеления. А вот другая субстанция была прозрачной и куда менее густой.
Описание было уж слишком скупым. Ни каких-либо точных значений, ни подробного описания эффекта. Я попытался вызвать справку Системы, чтобы узнать хотя бы состав неизвестной мне жидкости, но полученное уведомление оказалось весьма лаконичным.
Я пожал плечами и убрал оба зелья в бездонную сумку. Для меня пользы от зелья усиления было куда меньше, чем для большинства членов нашего отряда, да и неизвестно, как мой организм на него отреагирует. Но, быть может, когда-нибудь оно пригодится кому-то из моих товарищей.
