— Скажу лишь то, что оно находится в недосягаемом для тебя месте, — уклончиво ответил Куро. — Для тебя и для кого-либо ещё.
— Там же, где и твой алтарь?
— Ты ведь понимаешь, что если ты выяснишь местоположение моего алтаря, то существенно уменьшишь шансы на то, что я оставлю тебя в живых?
Похоже, я попал в точку. И где же Куро мог спрятать алтарь так, чтобы быть уверенным, что никто до него не доберётся? Точно не в пределах Камирана. В своей личной комнате? Насколько я знаю, у героев к ним не должно быть доступа. К тому же попасть в чужую личную комнату против воли её владельца не проще, чем ворваться силой в домен Бога.
Тогда, быть может, алтарь находится на Земле? Многие поговаривают о том, что у Куро есть альтернативный способ возвращаться на Землю. Но разумно ли устанавливать алтарь там? И насколько это, вообще, надёжно? Впрочем, других рабочих теорий у меня пока не было. А задавать Куро больше вопросов на этот счёт я благоразумно не стал.
К моменту, когда мы добрались до подножья знакомой мне белой башни, в ногах уже чувствовалась существенная усталость. Я тоскливо провёл взглядом от низа исполинского строения до её части, утопающей в облачной пелене. Малахитовый рыцарь решительно начал взбираться по ступеням.
— А может быть, устроим привал? — предложил я.
— Нельзя, — коротко ответил Куро, лишив меня надежды отдохнуть после череды изнурительных боёв и долгих походов.
— Почему?
— Менее чем через сутки начнётся новое задание. Это означает, что големы сейчас должны активизироваться и начать готовить оборону в ключевых точках своих территорий. Верх этой башни — одна из таких точек.
— Погоди… — я нахмурился и перевёл взгляд на Куро. — А откуда големам, вообще, знать о начале нового задания? Они что, тоже его получают?
— Вполне возможно, что они получают другое задание, которое заключается в защите их территории… Или хотя бы некоторые из големов получают такое задание.
— А от кого? Разве большинство подобных заданий создают не Боги?
— Без понятия, — Куро коротко пожал плечами. — Может быть, от этого их Датога? Ты давай, не отставай. Передохнёшь на четвёртом уровне. А ты не отходи далеко! Или я вырву из тебя ядро!
Последние слова Куро были обращены уже к малахитовому рыцарю. Голем послушно остановился, дождался нас и лишь затем возобновил подъём наверх.
— Демоны тоже проявляют больше активности в начале новых заданий, — сказал мне Куро. — Не знаю, получают ли они что-то от Повелителя Плоти… Больше похоже на то, что они реагируют на передвижения големов и игроков и пытаются похитить и тех и других, когда представляется удобная возможность. Ну, по крайней мере, на третьем уровне твари ведут себя именно так. А вот на четвёртом они, кажется, куда менее сплочённые и больше думают о подпитке маной и о собственной выгоде.
Возможно, что свободные демоны плоти носят такое имя не только из-за наличия способности летать. Или же их возможность не подчиняться командам других демонов и воле их собственного Бога следует как раз-таки из способности к полёту?
Мы приступили к покорению исполинской башни, и первые ступени давались мне довольно легко. Мышцы в ногах продолжали ныть, однако лёгкие не испытывали никакой усталости, возможно, из-за отсутствия как такового дыхания.
Через сорок минут подъёма я начал чувствовать себя… странно. Руки и ноги будто бы потяжелели, в глазах всё немного помутнело, а мысли начали спутываться. Кажется, температура тела возросла, и в голову ударил лёгкий жар. Я списал все эти ощущения на усталость и продолжил восхождение.
Через ещё десять минут по всему телу волной разошлась острая боль, которая практически сразу же спало вместе с неестественным чувством тяжести. Разум резко прояснился, и подниматься вновь стало легко. Я взобрался ещё по нескольким ступеням, а затем…
— А-А-А-А-А-АГХ!
Душераздирающий крик вырвался из моей груди вместе с приступом невыносимой боли. Все мои мышцы будто бы начали гореть изнутри, кожа словно плавилась и отделялась от тела, а голову пронзило бессчётное количество игл. Я свалился на ступени перед собой, зажмурился и забился в конвульсиях, чувствуя, как постепенно перестаю ощущать себя целым.
Нет!
Боль на секунду отступила, но затем резко нахлынула на меня с новой, ещё большей силой. Я обхватил пальцами свои плечи, скрючился словно эмбрион, и меня наполнило лишь одно желание — исчезнуть. Попросту перестать существовать, дабы нестерпимая боль меня отпустила. Весь мир вокруг меня померк и стал незначительным на фоне огромной, бесконечной и неодолимой Боли.
Нет…
